Конечно, основной темой будет нападение на поместье генерал-губернатора Козлова. И то только из-за того, что в момент нападения там присутствовал член императорской семьи и послы иностранных государств. Но не все мероприятие будет посвящено этой теме. Даже наоборот, ее постараются «перебить» другими новостями, чтобы не будоражить общественность, ведь после приема о том, что происходило, напишут в газетах. Но император Александр довольно практичен и, если есть возможность одним делом решить сразу несколько задач, обязательно ей воспользуется. Поэтому кроме обсуждения последствий нападения, которое скорее всего будет происходить в кулуарах, будет еще и награждение накопившихся орденов и медалей военным и гражданским специалистам, что позволит сократить такую же часть уже в очередной ежегодный Большой прием. Ожидается также несколько заявлений в отношении новообразованной Австрийской империи. Даже вроде будет поднята тема свадьбы племянницы императора, которую хотят отдать за кого-то из членов императорской фамилии Трапезунда, но это не точно.

Меня ждет награждение как «гражданского» человека, что не растерялся в критической ситуации и благодаря действию которого было сохранено несколько жизней. Мой начальник, Агапонов, особенно упирал на это, когда «подготавливал» меня к приему. Специально созвонился со мной и все уши прожужжал, что мой статус работы в жандармерии ни в коем случае не должен подниматься. А если кто сам будет у меня выпытывать или просто спрашивать, правда ли я состою на службе, отнекиваться, уводить разговор в сторону, а вопрошающего запомнить и завтра доложить.

Малый дворец хоть и назывался так, однако выглядел отнюдь не маленьким зданием. Трехэтажный, не меньше сотни метров в длину, он был окружен ухоженной парковой зоной, раскинувшейся вокруг него в радиусе километра. Нашу машину остановили еще на въезде в нее. Двое дюжих мужчин в форме дворцовой стражи вежливо попросили покинуть автомобиль и сноровисто его осмотрели как внутри, так и снаружи. Затем с помощью артефакта, выглядящего как шар для тенниса, проверили нас на наличие запрещенных амулетов и артефактов. На Лидии обнаружился комплект из черного алмаза защитного типа. Мой браслет, хоть и не подходящий внешне к моему костюму, из-за чего я прикрыл его рукавом рубашки, тоже нареканий не вызвал. А вот у нашего водителя оказался при себе небольшой парализатор в виде перстня на пальце. Как он объяснил страже — это его мера защиты против перепивших буйных клиентов. Те покивали, но перстень забрали, пообещав отдать, когда тот покинет территорию дворца.

От внешнего периметра к самому зданию мы ехали по выложенной брусчаткой дороге, что немного петляла по парку, позволяя насладиться его красотой, а заодно — укрывая здание дворца от возможности увидеть его издалека. Так что появился он для нас внезапно. Вот мы еще ехали, окруженные яблоневым садом, а после очередного поворота машина выскочила на широкую площадь перед зданием дворца. В длину площадь была лишь немногим больше самого здания, а вот в ширину простиралась не менее чем на тридцать метров. Здесь уже были автомобили и кареты иных гостей, прибывших раньше нас. Они останавливались перед широкой лестницей, выпуская гостей, после чего отъезжали в сторону и по указаниям императорских слуг скрывались где-то за зданием дворца. Полагаю, там располагалась стоянка или как раньше называли такое место — императорские конюшни.

Подождав пока длинный автомобиль изготовления того же завода, что произвел и «нашу» машину, отъедет от лестницы, водитель аккуратно и плавно подвез нас к ее началу. Там уже стоял вышколенный слуга с папкой в руках, что вежливо поинтересовался нашими именами.

— Григорий Бологовский со своей дамой сердца Лидией Воронцовой, — как и было обговорено заранее с девушкой, представился я.

Полистав бумаги в папке, слуга нашел наши имена, поставил галочку о прибытии, и со всем почтением указал на вход, объяснив, что нам в Красную комнату.