Слева была деревянная стойка с телефоном и массивным канделябром. Сам телефон имел круглый циферблат и большую ручку, украшенную тонкой серебряной вязью. Канделябр тоже не избежал руки мастера и ни в чем не уступал окружению, являясь еще одним предметом искусства. Что телефон, что канделябр были довольно большими и даже на вид тяжелыми — такими стукнешь разок по темечку и можно панихиду заказывать.

«Хозяйкой» этого богатства была дама около сорока лет в строгом платье под горло. Она острым взглядом смотрела на нас, словно желая прогнать, чтобы мы не оскверняли своим видом местное великолепие.

— Здравствуйте, господа. Вам назначено?

— Маргарита Всеславовна, — старик вытянулся в струнку и коротко кивнул, прижав подбородок к шее. — Я не ко Льву Сергеевичу, а к Петру Мироновичу, привел внука на обследование.

— Что-то серьезное? — на строгом лице появилась тревога. — Я слышала о ранении Григория, но неужели оно затронуло даже дар?

— Увы, — слегка развел руки в стороны дед, словно извиняясь. — Так он у себя?

— Да, сейчас спрошу, сможет ли он вас принять.

Сняв массивную трубку телефона, она совершила последовательно несколько витков на циферблате, набрав трехзначный номер и дождавшись ответа с той стороны, доложила о нас.

— Прибыли Борис Леонидович с внуком на обследование. Впустить? — ей ответили, после чего дама чинно положила трубку и повела рукой вглубь холла. — Петр Миронович вас ожидает.

— Благодарю-с, — снова кивком поблагодарил даму дед и двинулся вглубь холла.

В противоположной от входа стороне был ряд окон, а когда мы дошли до него, я увидел уходящий в обе стороны коридор, что проходил здание насквозь. По одну сторону коридора были окна во внутренний двор управы, а с другой стороны — ряд дверей в кабинеты местных чиновников. Ряд не такой уж большой, от одной двери до другой было не меньше десяти метров, что говорило о размерах каждого кабинета. Руководство управы и ее служащие не отказывали себе не только в роскоши, что украшала внутренние помещения, даже холл, но и в площадях для каждого начальника.

Вдоль коридора напротив дверей стояли небольшие удобные диванчики для ожидания. Парочка из них была занята мужчинами в статском платье, как было написано на одной из табличек магазина по пошиву одежды, что я заметил на улице. Крой добротный, но ткань не слишком дорогая — даже мой взгляд отмечал ее грубость. Ну и окраски никакой не было. Я вообще заметил, что на одежде ни у кого не было изображений, выполненных красителем — только вышивка и то в основном у женщин.

На нужной нам двери из красного дерева висела позолоченная табличка с выгравированной надписью: Петръ Мироновичъ Коршуновъ. Заведующий отделомъ по магическому искусству. По краю таблички вилась выгравированная цветочная лоза.

Старик два раза ударил кулаком в дверь и, дождавшись одобрительного «войдите», толкнул ее и шагнул внутрь. Я проследовал за ним и остановился на пороге, с любопытством разглядывая убранство кабинета. Здесь роскоши было гораздо больше, чем в коридоре. На полу лежал дорогой ковер. Вдоль окон с противоположной от входа стороны был ряд стульев. Высокая спинка, сидения обиты мягкой тканью с каким-то наполнителем. Общий стиль исполнения навевает ассоциации с тронным залом. Справа перпендикулярно окнам и двери стоит массивный стол, за которым сидит хозяин кабинета. Столешница у стола каменная, похоже сделана из белого мрамора. Ножки выточены из того же камня, да еще им придан вид лап какого-то ящера. На ум приходит слово «дракон». Неужели здесь есть такие существа? Еще один «привет из прошлого» — я знаю, кто такие драконы и что их не существует, но и про магию я думал, что она миф.