— Добрый вечер, джентльмены. — Войдя в кают-компанию, Силвер одарила всех лучезарной улыбкой.

Мужчины загремели стульями, поспешно вскакивая на ноги — все, кроме Моргана. Насмешливо улыбнувшись, он медленно поднялся с места.

Гамильтон Рейли придвинул ей стул.

— Вы выглядите великолепно, мисс Джоунс.

— Благодарю вас, Гамильтон.

— Ваше появление подобно лучу солнечного света, моя дорогая, — вкрадчиво произнес Баклэнд.

— Вы сегодня исключительно красивы, — добавил Жак.

— Не сомневаюсь, что это по какому-то случаю, — чуть язвительно произнес Морган. — Умоляю, скажите нам, мисс Джоунс, по какому?

Силвер улыбнулась:

— По случаю моего освобождения от ярма общества.

— Это звучит интригующе.

— Боюсь, остальное — мой секрет. Вам, джентльмены, нужно лишь знать, что с сегодняшнего дня я больше не подчиняюсь никаким общественным условностям. Я буду делать только то, что мне нравится.

Морган поднял бровь:

— А разве вы когда-нибудь им подчинялись?

Силвер проигнорировала его выпад. Остальную часть вечера она отчаянно флиртовала, громко смеялась, выпила немного бренди и, в общем, неплохо провела время. Казалось, все были ею очарованы — все, кроме Моргана, который становился все мрачнее и мрачнее. В конце концов он принес извинения и отправился в каюту. Силвер наслаждалась своим триумфом. В том, что у Моргана настроение испортилось на весь вечер, она не сомневалась. Направив на Конни взгляд, предупреждающий его не вмешиваться, она приняла выраженное в самых высокопарных словах предложение Гамильтона сопровождать ее на прогулку по палубе. Вниз она вернулась за полночь.

Не успела Силвер войти в каюту, как Морган открыл свою дверь, мешая ей пройти.

— Добро пожаловать с бала.

Силвер рассвирепела:

— Убирайся с дороги!

Она оттолкнула Моргана в сторону. Судя по слабому запаху бренди и слегка затуманенному взгляду, он был пьян. Его волосы были взъерошены, рубашка расстегнута. Силвер постаралась отвести глаза, чтобы не замечать, насколько смугла его кожа и мускулиста грудь.

Она направилась к двери в свою каюту, но Морган схватил ее за руку.

— Как насчет бренди? — спросил он. — Я уверен, что миледи еще не готова вернуться к себе.

— Вы чувствуете себя одиноким? — насмешливо произнесла она. — Конечно, человек таких моральных высот не опустится до такой беспринципной женщины, как я.

Его глаза скользнули по ее телу; этот взгляд был таким горячим, что Силвер почувствовала, как в ней просыпаются непозволительные желания.

— Опустится.

— Вы — ублюдок, Морган Траск.

— А вы — кокетка и соблазнительница. — Морган привлек ее к себе. — Я показал вам однажды, что может случиться, если вы будете продолжать действовать подобным образом. По-видимому, это именно то, к чему вы стремитесь.

Морган сильно сжал ее запястья.

— Пусти меня!

— Ты же не хочешь этого, Силвер! — Бедра Моргана двигались у ее бедер, и она чувствовала, как тверд его член.

— Нет.

— Скажи. Скажи, что ты не хочешь.

— Я хочу только одного — чтобы ты меня отпустил.

— Я тебе не верю. — Рот Моргана с силой вжался в ее мягкие розовые губы, его язык проник сквозь ее зубы. Силвер пришлось бороться со вспыхнувшим в ней самой порывом страсти, разбуженным Морганом и заставляющим кипеть ее кровь. Тело Моргана надавило на нее, и она чувствовала, что его член становится все тверже и горячее.