Вернулся он в сопровождении трех человек, одним из которых был Нед Сайкс. Двумя другими оказались сэр Джон Марли и мистер Рорк с Боу стрит.

В их присутствии Джейсон как будто стал добрее; он даже назвал Лорен «дорогая» и помог ей сесть в постели. Но она чувствовала, что это была всего лишь игра – в прикосновениях мужа сквозила все та же холодность, он действовал словно механически и тщательно избегал ее настойчивых взглядов.

Лорен ощутила себя еще более одинокой и беспомощной, когда Джейсон отошел в дальний угол комнаты, предоставив вновь прибывшим побеседовать с нею с глаза на глаз.

Первым приблизился к ее постели мистер Рорк и, извинившись за беспокойство, кратко, по деловому изложил суть своего вопроса:

– Миледи, нам хотелось бы узнать, что произошло во время вашей недавней встречи с особой по имени Реджина Карлин, которая, если не ошибаюсь, приходится вам тетей. Могли бы вы повторить нам происшедший между вами разговор слово в слово?

Лорен встревоженно посмотрела сначала на судью, затем на Неда Сайкса и, наконец, на Джейсона.

– Вы… я буду арестована? – спросила она, не справившись с дрожью в голосе.

На лицах чиновников отразилось удивление, а Джейсон, раздраженно сверкнув глазами, ответил тем не менее довольно холодно:

– Нет, дорогая моя. Эти джентльмены явились сюда, чтобы получить свидетельские показания против твоей тетки Реджины. Сайкс присутствовал при вашей встрече, но его показаний недостаточно. Ты должна рассказать в точности, что между вами произошло. Господа хотят знать полную правду, Лорен.

В словах Джейсона звучала откровенная ирония, и, хотя Лорен не понимала, кому и зачем понадобилось ее свидетельство, она знала, что должна на этот раз действительно рассказать все, если хочет хоть отчасти вернуть уважение Джейсона. Проглотив некстати подкативший к горлу комок, она дрожащим голосом повторила их разговор с Реджиной настолько точно, насколько могла, усиленно припоминая каждое слово, произнесенное между ними в то утро. Ее показания подтверждали полученные от Неда Сайкса сведения о том, что Реджина Карлин признала себя соучастницей убийства Джонатана и Мэри Карлин и убийцей Сибил Фостер, а также пыталась устранить со своего пути Андреа Карлин, дабы унаследовать состояние ее отца. Слушая Лорен, мистер Рорк важно кивал, делая пометки в своей записной книжке, и время от времени задавал уточняющие вопросы.

Дойдя до рассказа о том, как ей удалось убедить тетю отпустить ее, Лорен смешалась. Украдкой взглянув на Джейсона, она виновато опустила глаза. Желваки, обозначившиеся на его скулах, и плотно сжатые губы красноречивее всяких слов говорили о том, что своим поведением она навсегда разрушила ту любовь, которую он некогда к ней испытывал.

Почувствовав себя совершенно разбитой, Лорен кое как закончила рассказ и откинулась на подушки, закрывшись одеялом до самого подбородка. Ей вдруг стало все равно, что с нею будет дальше.

– Позвольте выразить вам нашу искреннюю благодарность, леди Эффинг, – впервые подал голос судья. – Ваша история полностью совпадает с тем, что сообщил нам мистер Сайкс. Этих показаний вкупе с уликами, которые у нас уже имеются, должно быть достаточно, чтобы по справедливости осудить Реджину Карлин за все ее преступления. Вы вели себя очень мужественно. Я могу себе представить, насколько тяжело для вас было…

– Сэр Джон, – прервал его Джейсон, – моя жена очень устала, поэтому я бы попросил вас дать ей немного отдохнуть, если вы закончили допрос.

– Конечно, – немедленно согласился судья и, отвесив Лорен глубокий поклон, удалился вместе с Рорком.

Тем временем Нед Сайкс, поколебавшись несколько мгновений, приблизился к постели Лорен, сжимая в руках шляпу, и скромно склонил голову. Его извинения казались столь же искренними, сколь и несвойственными этому человеку, которого Лорен уже привыкла бояться.