— А вот это у тебя вряд ли получится…

— Уверен? Думаешь, мне запаса камней не хватит? Или считаешь себя быстрее и умнее всех? От пращи ты увернулся, а как насчёт заряда рубиновой картечи?

— А я не о себе сейчас.

— Все смертны, — ухмыльнулся Штык. — Это мой лес и я здесь хозяин.

Егерь развернулся и совершенно бесшумно скрылся в кустах. Макс ещё долго вслушивался в его удаляющееся сердцебиение, но преследовать не решился. Выходит, та фотография, что стояла на комоде в доме Николая Ивановича вовсе не была фальшивкой. Они и впрямь дружили. Поэтому Штык и сдал ему секрет биологического отца. Видимо, так он хотел помочь. Но в то злосчастное утро Макс притронулся к рубину в кольце слишком поздно, чтобы нужный разговор между ними состоялся. Он сам зашёл не с того конца, а парень просто вспылил…

Да, в итоге он всё равно пришёл к тому, о чём его просил глава муромской ячейки. Но чёрт возьми! Как же глупо всё в итоге получилось! Теперь стало очевидно, что имел в виду Штык, когда отправлял его в самое начало. Он помогал другу, не Максу, как могло показаться. И вовсе не по просьбе Морзе, как парень предполагал. Жизнь оказалась более изобретательной, а потому понять её простой логикой не представлялось возможным. Для этого необходимо было знать все взаимосвязи, а он понял их только сейчас.

Ну и что? Всё равно из этого разговора, парень вынес очевидную информацию. С Морзе у Штыка отношения тоже не ладятся. А значит, даже если он смог сбежать и скрывается где-то здесь — он сам по себе.

Пожалуй, пришло время возвращаться в Лигу. На повестке остался ещё один вопрос, который не даёт Максу покоя: кто победил? Хотя он не единственный, есть ещё несколько, не менее злободневных. Чья бомба рванула в Рязани? А главное: что со всем этим делать дальше?

Глава 15

Вы там совсем, что ли⁈

Макс вернулся к приготовлению ужина и какое-то время продолжал чистить грибные шляпки. В голове продолжал крутиться разговор со Штыком. Вроде и ничего страшного не было сказано, но парня отчего-то грызла совесть. Словно он предал старого друга. Но ведь это было не так! Сами вообще виноваты, могли бы нормально поговорить, без всяких выкрутасов. И что с людьми не так? Зачем выстраивать разные схемы, постоянно мутить всякое? Неужели так сложно взять и рассказать, как есть⁈

А ведь Макс задавал эти вопросы, и ему даже отвечали. Вот только почему-то всегда одно и то же: «Ты тогда не был готов». Возможно, они даже правы. Но в ситуации с матерью — нет! Парень защищал семью, и плевать он в тот момент хотел на всех остальных. Он ровно по этой причине и Морзе собирается убрать. В прошлый раз ему, конечно, повезло, что Анфиса оказалась беременной, и малыш смог защитить её от смерти. Но ведь в следующий раз такого может не произойти, и серебряная пуля отправит девушку в ад. А значит, Макс должен сделать всё, чтобы ничего подобного не случилось.

— Ёбаные лицемеры! — психанул Макс и швырнул нож в ствол сосны.

Клинок послушно выскользнул из руки и с характерным стуком вонзился в дерево. Парень ухмыльнулся, поднялся на ноги и, пройдя пару метров, вытянул нож. Затем немного отошёл и повторил бросок. Ему было плевать, что солнце давно спряталось за горизонт. Истиной темноты, той, о которой так много рассказывают, он не видел никогда в жизни. Разве что в момент смерти.

Несколько раз нож рикошетил и отлетал в сторону. Однако парень, напротив, перестал нервничать. Он методично возвращался на исходную, бросал клинок, затем, в зависимости от ситуации, вытягивал его из ствола, или подбирал с земли и снова отходил, чтобы повторить бросок. Мысли постепенно выравнивались, раздражение пропало.