— А лавка?

— Ой, да чё с ней станет, всё одно никого нет. А товар только через неделю привезти обещали, да и то не факт. Деньги-то хоть у тебя есть?

— Немного, — пожал плечами пацан.

— Немного, — передразнила его мать. — И чего тебе дома не сидится? Вон, промысловики опять людей набирают, хорошая работа, всё при мясе будешь.

— Да не моё это всё.

— Ты думаешь вот это моё? — кивнула на дверь Светлана и вставила навесной замок в проушины. — Это жизнь, сынок, и тебе уже пора как-то устраиваться.

— У меня всё нормально, мам.

— Да я уж вижу, как у тебя нормально, — усмехнулась та. — Штанина рваная, ботинок того и гляди жрать запросит. Не ребёнок, а бомж какой-то.

— Так получилось.

— Да знаю я, как у тебя получилось. Грог заходил, рассказывал.

— Меня подставили.

— А потому что нечего шататься, не пойми где. Чем дома-то хуже?

— Я хочу его найти и, кажется, кое-что у меня уже есть.

Светлана остановилась, развернула к себе сына за плечи и посмотрела ему прямо в глаза.

— Уверен? — спросила она.

— Да, — кивнул в ответ парень. — Я нашёл у него в квартире подсказку. Точнее, не совсем я, Хан помог.

— И чего там?

— Красная звёздочка, с булавкой, типа значок. В середине мальчик кудрявый, на белом фоне.

— Октябрятская звёздочка, — пожала плечами Светлана. — И что это значит?

— Пока не знаю, — в тон ей, подкинул плечи пацан, — но я обязательно выясню.

— Бред какой-то, — отмахнулась та и снова зашагала по направлению к кафе «Мята».

— Тогда зачем он её спрятал? И что вообще она означает?

— Понятия не имею. С другой стороны, её ведь ещё нужно где-то найти, так что, может, ты и прав.

— Я уверен, что прав — это подсказка. Просто нужно понять, куда она может привести.

— Может, на улицу Октябрьскую?

— Или на площадь Ленина, — подхватил идею Макс. — Я ведь ещё Штыка встретил, он сказал нужно идти туда, где всё началось.

— Так и сказал?

— Ну да.

— Как он там?

— Хреново, кажется, крыша ещё больше съехала.

— Жаль его, хороший он, добрый.

— Это да, — вздохнул Макс, и остаток пути они преодолели молча.

Оказывается, он был очень голоден. Что первое, что второе исчезли в нём буквально за пару минут. Светлана сидела напротив и с улыбкой наблюдала за тем, как сын поглощает еду. Ей очень не хотелось его отпускать, но также она понимала, что не сможет держать при себе сына вечно. А больше всего ей не хотелось, чтобы он снова сбежал. Пусть лучше уйдёт по собственной воле, так он хотя бы будет иногда выходить на связь. Она ведь понимала, отчего он молчал: боялся, что та станет его ругать и попытается уговорить остаться. Нет, такой ошибки она не совершит. Впрочем, любой ребёнок рано или поздно всегда покидает материнское гнездо, с этим просто нужно смириться. Она так и поступила.

После еды они дошли до дома, где Макс переоделся в чистое. Мама, как всегда, осталась верной себе и не забыла сунуть ему в карман пару десятков грамм серебра, хоть парень и сопротивлялся. Ему было неудобно, к тому же он понимал, что у матери не такая уж и большая зарплата. Но и совсем отказаться не мог, она бы обиделась. Ещё Макс прихватил свой старый комплект ножей. Да, они не подходили под новую метательную технику, но всё же это лучше, чем совсем ничего.

— Ты надолго в крепость? — когда они уже были готовы покинуть квартиру, Светлана решилась задать этот вопрос.

— До вечера, мам, — испытывая некую вину и неловкость, ответил тот.