Один на один с тысячелетним вампиром и сестрой, от которой ждать помощи нечего, и которая…

В этот момент Лилиана перевела восторженный взгляд с Теодоруса и посмотрела на сестру. Ее улыбка стала шире, а Мариша грязно выругалась, наконец поняв, что же с той было не так…

— Хорошо, любимый, пусть будет так, я просто хочу выяснить у нее, что тут случилось, — Лилиана улыбнулась этому вампиру, и стали отчетливо видны клыки.

Эта поганая шлюха — вампир!

Мариша тряхнула головой, пытаясь осознать открывшееся.

Но, прерывая ее мысли, на кладбище появился новый персонаж, и спокойный невозмутимый голос прозвучал над могилами.

— Как мило, — неизвестный ей мужчина подошел ближе к их "теплой компании". — Знакомишься с новыми родственничками, Теодорус?

— Рохус, — Теодорус ни одним движение не выдал своей реакции на появление бывшего союзника. Однако он знал, что его готовность отразить любое нападение не укрылась ни от вновь появившегося вампира, ни от Лилии. — Не знал, что ты любишь гулять ночами на кладбище Карателей.

Продолжая удерживать своей силой мужчин, которые истуканами стояли чуть сбоку от могилы матери Лилианы, позабыв про свои лопаты, он немного отпустил сознание сестры своей любимой. Пусть осознает все. Пусть боится.

Теперь, имея возможность сделать вдох, Мариша имела возможность в полной мере оценить ужас собственного положения. Он даже слышал оглушительное, бессистемное биение ее пульса, обонял зловоние ужаса, которое, казалось, струилось из пор этой женщины.

И это — приносило удовлетворение Тео.

Он только начал наказывать ту, за все обиды, которые вынесла по вине сестры его драгоценная Лилия.

— Да вот, решил встряхнуться и сделать что-то непривычное, — Рохус небрежно повел плечами, плавно и неторопливо приближаясь к ним.

Его появление было неожиданным, настораживающим и опасным. Но Тео не собирался из-за этого отказываться от своих планов. Сейчас тот совершенно точно не прибывал в трансе, а значит, обладал своей обычной силой, равной силе Древнего. Тем более, после слияния, Теодорус осознал, что стал могущественнее, так как их с Лилией сила стала единой.

Впрочем, это не сделало его невнимательным, высокомерным или самоуверенным. Потому, он пристально следил за каждым неспешным шагом приближающегося вампира.

— Лилиана, — глаза Рохуса скользнули по девушке, которую Тео, едва ощутил присутствие еще одного противника, закрыл собой одним неуловимым движением. — Вижу, ты изменила своим принципам, — вампир вздернул бровь. — Куда же подевалась твоя отчаянная решимость защитить весь мир от ужасных кровопийц? Призыв крови одного из них оказался слаще мнимого величия самоотречения?

— Мы все совершаем выбор, Рохус, — Теодорус почувствовал восхищение своей возлюбленной. Несмотря на то, что внутри нее все еще жил страх перед своим бывшим мучителем, она так уверенно и бесчувственно ответила на вопрос, что никто, кроме него самого, не ощутил ее внутренней дрожи.

— И то, правда, — усмехнулся вампир. — Но твой выбор не выглядит вынужденным. Похоже, ты наслаждаешься тем, кем стала, а?

Что-то странное прозвучало в тоне их визави. Нечто такое, что заставило насторожиться Тео. Хотя, само присутствие такого количества живых существ рядом с Лилианой — было достаточной причиной, чтобы ежесекундно испытывать напряжение. Тем более, когда кто-то смел так явно обращаться к Лили.

— Ты пришел за тем, чтобы поинтересоваться ее ощущениями в новом статусе? — Тео сложил руки на груди и насмешливо поднял бровь, в упор глядя на Рохуса.