— Ну приезжай хоть ненадолго! — продолжал уговаривать ее Алекс. — Ведь это была твоя идея приютить свинку. И в настоящее время ее хозяйкой являешься ты. Я лишь сделал тебе одолжение, забрав Пикси к себе. Иначе вам с ней пришлось бы ночевать у ворот твоего кондоминиума. Представляешь себе картину? Так что не ищи повода отвертеться от этого визита, дорогая моя, а приезжай и взгляни на свою питомицу. Иначе мне придется вернуть ее тебе.

Лина прикусила губу.

— Снова шантаж?

— Ты ведь назвала меня прирожденным шантажистом, так что поневоле приходится оправдывать определение, — рассудительно заметил Алекс.

— Мне совершенно не нравится подобный способ добиваться желаемого, однако, несмотря на это, я приеду к тебе, — сказала Лина. И тут же поправилась:

— Вернее, к Пикси.

— О, разумеется! — усмехнулся он. — Не волнуйся, я не питаю иллюзий на свой счет.

— Весьма разумно с твоей стороны. Что ж, тебе осталось лишь назвать адрес.

— Хорошо, записывай…

До уик‑энда оставалось еще два дня, и Лина чувствовала, что за это время у нее лопнет голова от бесконечных размышлений об Алексе Нортоне, проступке его дочери Элли и истории, связанной с милейшим созданием — карликовой тайской свинкой Пикси.

На следующий день после телефонной беседы с Алексом, желая как‑то отвлечься от мыслей об их коротком, но насыщенном эмоциями — во всяком случае, для нее — знакомстве, Лина решила посетить сайт виртуальных дневников по адресу: «www.VD‑000758». Она давно не читала словно персонально ей направленных посланий Расти. И хотя в последней записи ощущались какие‑то тревожные настроения, Лина надеялась, что теперь все наладилось и она сможет насладиться общением с умным и приятным человеком. Пусть оно и одностороннее. В этом даже есть своя прелесть. Возможно, Расти так привык к одиночеству, что не жаждет общения. В противном случае он поместил бы на своей виртуальной страничке электронный адрес, по которому желающие могли бы отправить ему письмо. Однако, раз не сделал ничего подобного, значит, не нуждается в том, чтобы узнать реакцию посетителей сайта на содержание его дневника.

Произведя привычные нехитрые манипуляции, Лина зашла на сайт но, как оказалось, лишь затем, чтобы испытать прилив разочарования. Продолжения дневника не было.

Словом, вместо того чтобы отвлечься и успокоиться, Лина встревожилась еще больше. Разумеется, глупо было волноваться по такому ничтожному поводу, как отсутствие очередной порции досужих размышлений о том, что принято называть смыслом жизни. Но Лина вовсе не из‑за этого обеспокоилась. Совершенно не зная Расти, она тем не менее в последнее время так сблизилась с его виртуальным образом, что ей начало казаться, будто они давние знакомые.

Вместе с тем, будучи человеком здравомыслящим, Лина понимала, что под именем Расти может скрываться кто угодно — старик, из которого, как говорится, песок сыплется, или какой‑нибудь интеллектуал, напичканный комплексами по поводу своей внешности, или еще какой‑нибудь субъект того же плана, не представляющий особого интереса для молодой женщины.

Более того, за псевдонимом Расти вполне могла скрываться женщина.

Впрочем, последнее представлялось Лине маловероятным. Стиль изложения и образ мышления автора дневника явственно указывали на его принадлежность к сильной половине человечества. Нужно иметь немалый литературный талант, чтобы имитировать перечисленные качества. Допустим, какая‑то дама действительно обладает подобным даром и использует его для создания мужского образа.