– Сэр, мне кажется, вам должен понравиться отснятый материал.

Генерал перевел взгляд с нее на Чарльза:

– Я и не подозревал, что вы работали в паре, Паркер‑Скотт.

Чарльз хотел было ответить, что и сам был удивлен, обнаружив это, но промолчал, решив, что генерал не оценит по достоинству его шутку. Они проследовали за ним в его персональную комнату, он запер дверь и повернулся к ним, – Ваше счастье, что оба уцелели. – – Он с упреком посмотрел на Чарли. – Немцы могли взять ее заложницей, если бы усомнились в вашей версии.

В этот миг Чарли был готов задушить Одри, но ограничился тем, что сокрушенно склонил голову.

– Сэр, мы все узнали.

В тесной комнатке воцарилась тишина.

– Кто же это?

– Генерал Роммель.

Лицо Уэйвелла озарила улыбка.

– Вот дьявол! – Он сузил глаза. – Вы его лично видели? Вы уверены, что это он?

Одри отвернулась, она с нетерпением ждала, когда он увидит фотоснимки.

Чарли ответил:

– Да, сэр. – И, не сдержав улыбку, добавил:

– Мы взяли у него интервью, сэр.

– Что?!

Чарли поторопился все объяснить:

– Это мисс Рисколл предложила. Мы представились американскими журналистами и взяли интервью у него в отеле.

Генерал сел на стул, крепко сжав в руке два ролика фотопленки, словно они могли улететь.

– Вы фотографировали Роммеля? – Он ушам своим не верил. Эти двое – дьявольски смелые ребята! Но он был очень доволен.

Чарли уступил лавры победителя Одри:

– Мисс Рисколл снимала, сэр, а я вел интервью.

– Вы сделали записи?

– Да, сэр.

Генерал Уэйвелл сиял, он пожал руку Чарли, потом Одри.

– Вы оба – просто уникумы!

Он пообещал им, что в скором времени они получат от него кое‑какие распоряжения, а пока что приказал на следующий день явиться в восемь утра к нему в штаб. Ему хотелось ознакомиться с записями Чарли, хотя тот и предупредил его, что Роммель не раскрыл своих карт и ни словом не обмолвился о плане боевых действий Африканского корпуса. Но Уэйвелл хотел вместе со своими помощниками узнать все подробности и распорядился проявить фотопленки к вечеру. Он еще раз пожал им руки, а перед тем как покинуть клуб, предложил Одри и Чарльзу остаться и пропустить по маленькой, но для них это было бы слишком скромным праздником в честь их победы. Они предпочли вернуться в отель, устроиться там на террасе в больших плетеных креслах и провести вечер в кругу друзей.

Глава 40

Ровно через месяц после прибытия в Триполи генерал Роммель устроил смотр войск. Пускай, дескать, англичане полюбуются на его замечательный Африканский корпус. Парады танков наверняка произведут впечатление на вражеских лазутчиков, а разбитых гусениц никто и не заметит. Роммель – хитрый вояка, и англичане отдавали ему должное. Одри и Чарльз блестяще справились с заданием. Сделанные Одри фотографии были признаны бесспорно лучшими из всех, запечатлевших немецкое верховное командование. Генерал Уэйвелл даже поддразнивал Одри:

– Давайте отправим эти снимки супруге Роммеля – то‑то обрадуется!

" Но Одри и не думала обижаться: фотографии в самом деле оказались на редкость удачными. Роммель на них получился таким, каким он и был в жизни: в его лице, глазах, во всем его облике угадывалась личность незаурядная, военачальник умный и волевой.

Через две недели Роммель отбросил английские дивизии на тридцать миль к северо‑востоку, а десятого апреля опять загнал их в Тобрук.