Но скажите на милость, что это значит — «для таких, как вы»?
— Напыщенных, избалованных аристократов, страдающих манией величия.
— Вы мне льстите!
— Ну, тогда говорить больше не о чем, — хрипло усмехнулась Джульетта.
Она опустила голову на стол и закрыла глаза. Вариан воспользовался возможностью, чтобы внимательно рассмотреть ее лицо в свете фонаря. Теперь, когда у нее на голове не было безобразной синей повязки, герцог смог разглядеть нежный овал, обрамленный каштановыми прядями. Цвет ее лица был достаточно темным, чтобы шокировать любую матрону в радиусе ста миль от королевского двора. Ведь большинство английских женщин боролись с любым намеком на веснушки с помощью сулемы и рисовой пудры.
Бронзовый загар, приобретенный от постоянного пребывания на солнце, соответствовал железному характеру Джульетты Данте. «Интересно, как бы она выглядела в шелковом облегающем платье и с модной прической?» — подумал Вариан.
Он попытался найти такую тему для разговора, которую эта девушка не приняла бы за вызов на словесный поединок.
— Вы как-то упомянули, что у вас есть два брата?
— У вас прекрасная память.
— Вы не замужем?
Джульетта Данте искоса взглянула на него:
— За каким это чертом мне нужен муж?
— Общество? Поддержка?
— У меня есть общество и поддержка, какие мне нужны.
А если мне потребуется что-нибудь еще, то я всегда могу это иметь.
— Ах!
— Ах! — Она очень похоже изобразила его неодобрительный возглас, потом снова рассмеялась:
— Меня всегда поражало, почему только мужчины могут получать удовольствие, когда им хочется. При этом они не испытывают угрызений совести, и никто их ни в чем не обвиняет. Но если женщины поступят так же, то их сразу заклеймят шлюхами и проститутками.
Вариан открыл рот, чтобы возразить ей, но, не найдя нужных слов, снова закрыл.
Девушка улыбнулась, довольная произведенным впечатлением, и прислонилась спиной к столу.
— Вижу, я вас опять шокировала. Может быть, вернемся к более важной теме? Вы упомянули, что никто не будет платить за вас выкуп. Разве вас дома не ждет семья? Жена?
Младенцы, будущие Харроу? Братья, которые займут ваше место, если вы еще раз себя подорвете?
— Пока жены нет, — просто ответил герцог. — Думаю, мать немного погрустит по поводу моей смерти, но это быстро пройдет, и ее будет больше волновать, как ей сохранить свою вдовью пенсию. Что же касается братьев, то их было всего двое. Один утонул, переправляясь на лошади через реку в половодье, другого убили в прошлом году.
Джульетту мало интересовали подробности жизни Вариана Сент-Клера, однако нотка горечи в его голосе заставила девушку повернуться.
— Меня не удивило бы, скажи вы, что ваш брат умер в прошлом году. Но вы сказали, он погиб?
— Мой брат дрался на дурацкой бессмысленной дуэли.
Это был вопрос чести. Но все можно было уладить, если бы обе стороны встретились и объяснились.
— Вы ставите разговор выше действия, да?
— Я ставлю логику выше безрассудства. Они поругались из-за женщины.
Джульетта насмешливо улыбнулась:
— Ручаюсь, с тех пор вы предубеждены против всех женщин. И поспешили покинуть Англию, чтобы вас тоже не соблазнила какая-нибудь демоническая юная особа в душистых шелках.
Сент-Клера задел ее насмешливый тон, но он постарался скрыть это и широко улыбнулся:
— Наоборот, я согласился на обручение незадолго до своего отъезда.
— Как это можно «согласиться» на обручение? Мне кажется, люди обручаются или не обручаются. |