Эрик проводил брата взглядом. Он очень любил Акселя, но и втайне ему завидовал.

Франц Акселем откровенно восхищался.

— Брат у тебя что надо! Эх, будь я немного постарше…

— И что? — ехидно спросила Бритта. Она еще не простила Францу «фитюльку». — И что бы ты сделал, будь ты постарше? Да ты бы никогда не решился… А что сказал бы твой отец? Он если кому-то и стал бы помогать, то только немцам.

— Заткнись! — Франц столкнул Бритту с колен. — Люди болтают неизвестно что. Все это сплетни и больше ничего. Охота слушать!

Эрик, которому всегда выпадала в компании роль миротворца, резко встал.

— Слушать — это мысль. Пошли к патефону. У меня новые пластинки Каунта Бейси.

Эрик терпеть не мог ссор.

~~~

Она всегда любила аэропорты. Самолеты взлетают и приземляются, люди с чемоданами, сумками, кто-то улетает в отпуск, кто-то по делам. Полные надежд взгляды, встречи и проводы…

Внезапно пришло воспоминание — тоже аэропорт. Много-много лет назад. Толпа людей, тревожный гомон, краски, запахи. Мать судорожно сжимает ее руку и старается сохранять спокойствие, но Паула не столько видит, сколько угадывает ее волнение. Сумка, которую они упаковывали и распаковывали много раз, — все должно быть правильно. Они улетали, чтобы не возвращаться. Она помнит, как тепло было в аэропорту и как холодно, когда приземлились. Раньше она никогда даже не думала, что может быть настолько холодно. И аэропорт был совсем другой — полупустой, мрачноватые цвета в серой гамме… Никто не говорил громко, не жестикулировал, не смотрел прямо в глаза. Все люди, казалось, спрятались в своих коконах. На контроле служащий, тоже не глядя в глаза, странным голосом на странном языке что-то им сказал, они не поняли, и тогда он жестом велел — проходите, проходите. И мать так и не отпускала ее руку…

— Это, должно быть, он. — Мартин показал на старика, проходящего паспортный контроль: высокий, седой, в светло-бежевом плаще.

Элегантный, машинально отметила Паула.

— Пошли. — Они дождались, пока старик пройдет контроль. — Аксель Франкель?

Тот кивнул.

— А я собирался сразу ехать в отдел… — устало сказал Аксель.

— Мы решили вас подвезти. — Мартин дружелюбно посмотрел на старика. — Чем сидеть там и ждать…

— Спасибо, весьма кстати. Я не очень люблю общественный транспорт.

— У вас есть багаж? — Паула невольно посмотрела на багажный конвейер.

— Нет-нет, ничего, только ручная кладь. — Он катил за собой небольшой чемоданчик на колесах. — Люблю путешествовать налегке.

— Искусство, которым я так и не овладела, — засмеялась Паула так заразительно и дружелюбно, что Аксель, несмотря на очевидную усталость, улыбнулся ей в ответ.

По дороге к машине они успели обсудить погоду в Фьельбаке и в Париже.

— Удалось вам… узнали что-нибудь новое? — спросил Аксель, когда машина тронулась. Голос его слегка дрожал.

Паула, устроившаяся рядом на заднем сиденье, покачала головой.

— Нет, к сожалению. Мы надеялись на вашу помощь. Например, может быть, вы знаете кого-то, кто ненавидел Эрика? Хотел отомстить ему за что-то?

Аксель задумался ненадолго.

— Нет… и в самом деле нет. Брат был очень мирным человеком. Даже странно предположить, что кто-то…

— Что вы знаете о его взаимоотношениях с группой под названием «Друзья Швеции»? — Мартин посмотрел в зеркало заднего вида и встретился взглядом с Акселем.