– Присмотритесь к этому дому, – посоветовал Элиот. – При строительстве здания использовались лучшие суссекские «бриллианты». Это старое название дробленого кварца. Прямоугольный кварц, использованный при облицовке, блестит, как отполированный мрамор.

Дэниэл сошел с двуколки и вошел в калитку. Увлеченный своими исследованиями, он упустил из виду крошечную тупиковую улицу, на которой уединенно расположился дом, одной своей стороной смотрящий на море, а с остальных трех укрытый и защищенный огромными деревьями. Дробленый кварц, сверкающий сквозь разросшийся полусухой плющ, казался магическим материалом, хранящим в своих глубинах солнечный свет древних времен, тепло и вечную прочность. Дэниэл решил, что поселится здесь до тех пор, пока не построит Истхэмптон-Холл на вершине холма.

– Сколько времени дом пустует? – спросил он.

– Много лет. Его нежилой и заброшенный вид очень расстраивает мою жену. Только агенты Бартона приезжают время от времени проверить состояние лома.

– Он принадлежит сэру Гамильтону Бартону?

– Да, это летний домик времен его детства. Изначально это был небольшой коттедж, а отец Бартона достроил и расширил его. Сомневаюсь, что сэр Гамильтон помнит еще о его существовании. Здание начали ремонтировать около пятидесяти лет назад, и ремонт все еще не завершен.

– Слишком скромный дом для столь знатной семьи.

– Старый сэр Гамильтон человек без претензий, как и его отец, который всю свою жизнь оставался Джоном Блантом и начинал карьеру простым матросом. Сейчас семья достаточно знатная и предпочитает забыть о своем происхождении из простых торговцев, но старый джентльмен любит напомнить, откуда они родом.

– Вы так говорите, как будто хорошо его знаете, – заметил Дэниэл, положив руку на калитку.

– Да, знаю. Благодаря ему я стал жить в Истхэмптоне. Долгое время я служил в церкви его поместья, и он решил, что морской воздух сможет облегчить мои боли.

– Что-то он не очень благородно поступает со своими арендаторами.

– Нет идеальных людей, мистер Уорвик, а в каждом грешнике есть что-то хорошее. Сейчас он очень стар и мало осведомлен о том, что делается от его имени. Его агенты все держат в своих руках.

Дэниэл бодро подошел к двуколке, пыль кружилась вокруг его высоких сапог.

– Я узнаю имена этих агентов и приобрету дом, если его внутренний вид соответствует внешнему.

– У меня дома лежит ключ. С тех пор как Бартоны решили тут жить, они сделали запасной ключ на всякий случай. Строители Маррелтона пользуются им во время ремонта.

– С удовольствием поселюсь тут. Я хочу приобрести в собственность не только этот дом, но и земли.

Элиот вздохнул и откинулся на сиденье. Он чувствовал решительность и честолюбие Дэниэла Уорвика с того самого момента, как молодой боксер подошел к нему после утренней службы с просьбой предоставить всю информацию об Истхэмптоне. Эту же горящую искру почувствовала в нем и жена священника. Они приняли его гостеприимно, как и любого путешественника. Между собой они обсуждали его, гадали, кто он такой, и с удивлением чувствовали, что его энтузиазм непостижимым образом зажег в них надежду на возрождение деревни.

– Если ваша деятельность направлена на благо Истхэмптона и его жителей, я окажу вам любую посильную поддержку. Садитесь в двуколку и расскажите, что у вас на уме.

К тому времени как они добрались до дома священника, Дэниэл сообщил свой грандиозный план.