Экипаж загромыхал по булыжной мостовой Винчестера. Центральный кафедральный собор гордо возвышался над городом. Дэниэл въехал через арку во внутренний двор крупной оживленной гостиницы, в котором толпились пассажиры, садящиеся в дилижансы и высаживающиеся из них. Многие ожидали транспорта, облокотившись на перила, окружающие галерею, кто-то входил и выходил из нескольких огромных пивных. Кругом царили шум и суета, раздавались крики конюхов и топот нетерпеливых копыт. В воздухе витали ароматы жареного лука и мяса, эля и рыбного супа, доносящиеся из кухонных окон.

Кейт вошла вслед за Дэниэлом в облицованный дубом холл и села в кресло. Уорвик встал в очередь у стойки, ожидая, пока два человека перед ним решат свои дела. Буквально через несколько секунд он привлек к себе внимание служащего. Его вид всегда вызывал у окружающих желание немедленно ему услужить. Расписавшись в журнале, он получил ключ. После этого его отвлек разговор с клерком, вызвавший очередную задержку. Очевидно, решив вернуться обратно к стойке, Дэниэл остановился на полпути, передал ключи носильщику, ожидавшему его с багажом.

– Мне тут надо уладить еще одно дело, а вам нет необходимости ждать меня в этом шумном холле, обратился он к Кейт. – Носильщик покажет вам комнату, я подойду через пару минут.

Она поднялась вслед за носильщиком по темной лестнице и вошла в большую уютную комнату с коврами, резной мебелью и широкой кроватью, над которой свисали темно-бордовые занавески, перевязанные шнуром. Несомненно, он снял лучшую комнату в гостинице. Окна выходили не во внутренний двор, а в красивый фруктовый сад с наружной стороны здания. Разглядывая номер, она развязала ленты чепца и сняла его, аккуратно повесила в шкаф плащ и только успела закрыть дверцы, как вошел Дэниэл. Он положил шляпу на стул и остановился, глядя на нее с серьезным добрым выражением лица. В руках он держал только что купленный билет на дилижанс. И вдруг все ее тело пронзил жуткий страх. Она внезапно поняла все, что он хотел ей сказать, прежде чем он успел открыть рот.

– С этого момента наши пути расходятся, Кейт. Вы наконец обретаете свободу. Ваш брак с Фаррингтоном навсегда остался в прошлом, а наша фиктивная церемония ничем вас не связывает. Я купил билет на дилижанс, который позволит вам поехать в любое место Англии, какое вам понравится, – сообщил он, опустил руку в карман, достал оттуда сложенную бумагу и кожаный кошелек, в котором звенели монеты, и положил на постель. – В кошельке пятьдесят соверенов и чек из моего банка еще на сто. Деньги дадут вам чувство уверенности и возможность не спешить при устройстве на должность гувернантки, компаньонки или какую-нибудь иную по вашему желанию.

– Вы избавляетесь от меня, – только и могла пробормотать она, это единственное, что она поняла из его слов.

Он увидел безумный взгляд и мертвенно-бледное лицо. Наверняка она пришла в ужас от расставания с Гарри. Дэниэл истолковал ее реакцию именно так. Если бы поместье Уорвик досталось ему, у нее хватило бы времени безвозвратно поймать его брата в ловушку своей интригующей красотой, и освободить его было бы невероятно сложно.

– Вы должны понять, что рано или поздно я бы захотел свободы, – объяснил он. – Как я уже сказал, никакие узы нас не связывают. Даже если бы я унаследовал Уорвик, вы не пробыли бы со мной долго, хотя в этом случае я нашел бы вам работу. Я всегда говорил, что везу вас с собой только с одной целью – помочь мне получить наследство. Мне казалось, вы понимали, что наше знакомство не выльется в длительные личные отношения.

Возможно, и понимала, в самом начале. Ошеломленная, сейчас Кейт уже ни о чем не могла думать, она медленно прошла вперед и беспомощно подняла руки.

– Но почему вы привезли меня именно сюда? Почему я не могла расстаться с вами и с остальными в Лондоне? Я ни с кем даже проститься не успела.