Лив читала и перечитывала статью, и ее глаза застилали слезы. Почему она ничего этого не знала? Радость и горе неразрывно сплелись в ее семейной истории, особенно в судьбе бабушки Эдит. Какая немыслимая вина и боль привели ее во французские леса в поисках искупления?

И хотя Лив никогда ни в чем не нуждалась, хотя она всегда знала, что бабушка Эдит любит ее всем сердцем, она невольно задавалась вопросом, какой была бы ее жизнь, если бы Селин Лоран и Мишель Шово не погибли. Но так и не смогла представить себе жизнь без своей необычной бабушки, женщины, которая отдала все – даже собственное имя – ради того, чтобы защитить маленького мальчика, который не был ей сыном. В конце концов, не привези бабушка Эдит Давида в Америку, он не встретил бы мать Лив, и самой Лив просто не было бы на свете. А если бы бабушка Эдит не рисковала жизнью, много лет назад спасая Самуэля Кона, на свете не было бы и Жюльена. Поразительно, как решения, принятые в далеком прошлом, формируют будущее.

Именно об этом размышляла Лив вечером в четвертую среду августа, идя по дорожке к двери дома Жюльена. Если бы бабушка Эдит не принесла все те жертвы, Лив не стояла бы здесь, на пороге дома мужчины, в которого влюбилась, волнуясь перед первой встречей с его дочерью. Она посмотрела на небо, только-только начавшее темнеть, и улыбнулась.

– Спасибо, бабушка Эдит. За все.

Затем поправила винтажный шарфик от Шанель, подаренный бабушкой Эдит перед посадкой в поезд, который впервые привез Лив в Реймс, сделала глубокий вдох и постучала в дверь.

Эпилог

Сентябрь 2019

Лив

Месяц спустя, когда уже начался сбор урожая, Лив сидела в главном доме «Мезон-Шово» и вместе с Жюльеном, Жаком и Сильви просматривала документы. Она пыталась понять, каким образом, получая виноград с такого количества виноградников, они умудряются отслеживать каждую партию и не допускать, чтобы те не смешались до срока. Жак терпеливо объяснял разницу между известковыми почвами департамента Об и меловыми Марны. Лив подписала отдельный договор с каждым сотрудником – раньше это была обязанность Самуэля Кона, а затем и Жюльена, управлявших трастовым фондом.

– Обещаю, – сказал Жак, когда они с Сильви собирали вещи, торопясь, чтобы успеть на собрание Межпрофессионального комитета вин Шампани до прихода работников, – что после сбора урожая я начну брать вас на встречи с виноградарями. Виноград – продукт не только земли, но и их мастерства. Когда вы познакомитесь с виноградарями и станете доверять им, то проникнитесь симпатией и к их винограду.

Когда Жак и Сильви уехали, Жюльен помог Лив собрать все документы.

– А ты, гляжу, уже навострилась, – похвалил он.

Лив застонала:

– Как ты все сразу схватываешь?

– Не забывай, что я начал на двадцать лет раньше, – рассмеялся Жюльен. – С тех пор, как я стал работать в дедушкиной фирме, «Мезон-Шово» был одним из наших главных клиентов. Думаю, я могу на память рассказать тебе состав почвы на всех виноградниках, с которыми работает этот дом шампанских вин.

– Почва виноградников? – Лив ткнула его локтем в бок. – Люблю, когда ты заводишь со мной грязные разговоры.

Жюльен долго смотрел на нее, удивленно моргая, но потом до него дошел смысл шутки, и он рассмеялся.

– Похоже, я еще не освоила тонкостей французского флирта. – Лив улыбнулась, радуясь тому волнению, которое ощущала в его присутствии, хотя они встречались уже несколько месяцев.

– А мне кажется, у тебя отлично выходит. – Он наклонился и поцеловал ее, и сердце Лив забилось быстрее.