|
Поскольку он тоже был бдителен, из города выпускали очень мало людей, а в город вообще никого не пускали. Не то чтобы Лукулл был уверен в том, что Тигран не сможет противостоять длительной осаде. Просто он рассчитывал на то, что длительной осады не захочет сам Тигранокерт. Первый шаг – побить Тиграна в бою. Это приведет ко второму шагу – сдаче Тигранокерта, жители которого не люби-ли, но очень боялись Тиграна. Он населил новую столицу, расположенную далеко от северной Армении и от старой столицы Артаксаты, греками, привезенными против их воли из Сирии, Каппадокии, Восточной Киликии. Это была основная часть программы эллинизации, которую Тигран намеревался осуществить над своим народом, в основном мидянами. Быть греками по культуре и языку – значит быть цивилизованным народом. Быть мидянами по культуре и не знать греческого языка – значит оставаться примитивными, людьми низкого сорта. И Тигран похищал греков. Хотя два великих царя помирились, Митридат был слишком хитер, чтобы быть сейчас ря-дом с Тиграном. Вместо этого он расположился со своей армией в десять тысяч человек к севе-ро-востоку от того места, куда убежал Тигран. Его мнение о Тигране как о военачальнике было не слишком высоким. С Митридатом находился его лучший полководец, его кузен Таксил. Когда они услышали о том, что Лукулл осадил Тигранокерт и что Тигран собирает огромные силы, чтобы снять осаду, Митридат послал своего кузена Таксила увидеться с царем царей. «Не сражайся с римлянами!» – передавал Митридат. Тигран был склонен прислушаться к этому совету даже после того, как ему удалось со-брать сто двадцать тысяч пехоты от Сирии до Кавказа и двадцать пять тысяч страшной кавале-рии – катафрактов, с головы до ног облаченных в кольчуги. Он стоял приблизительно в двадцати пяти милях от своей столицы, в уютной долине, но ему надо было двигаться. Большая часть запасов осталась в зернохранилищах и на складах Тигранокерта. Поэтому Тиграну требовалось установить надежный контакт с городом, чтобы кормить свою огромную армию. И это, рассуждал он, нетрудно будет сделать, если действительно, как сообщали ему шпионы, римская армия не в состоянии окружить сплошным кольцом такой огромный город, как Тигранокерт. Тигран не верил этим сообщениям, пока сам не поднялся на вершину высокого холма по-зади столицы и не увидел, какой мелкий гнус осмелился ужалить его. – Слишком много для посольства и слишком мало для армии, – так он выразился и прика-зал атаковать. Однако огромные восточные армии не представляли собой единого организма. Ни Сулла, ни Марий ни на минуту не польстились бы на такие армады – если бы им когда-либо предложи-ли командовать подобными. Войско должно быть небольшим, гибким, маневренным. Таким, чтобы его легко можно было накормить, легко контролировать, легко перемещать. У Лукулла имелись два великолепных легиона, пусть даже с плохой репутацией. Он командовал солдатами, которые знали его тактику не хуже его самого. И еще имелись две тысячи семьсот очень ловких кавалеристов из Галатии, которые были с ним уже несколько лет. Осада, конечно, не обошлась без потерь для римлян, главным образом из-за таинственного зороастрова огня, который имелся у царя Тиграна. Греки его называли нафтой (нефтью). Его привезли из персидской крепости, расположенной где-то на юго-западе от Гирканского моря. Маленькие светящиеся капли влетали в осадные башни, и навесы для укрытия сразу занимались огнем. Горело ярко и яростно, и ничто не могло погасить огонь, пока все сооружение не падало, раскидывая во все стороны ослепительные искры, от которых загоралось все вокруг. Огонь ка-лечил людей. Но что еще хуже, он повергал в ужас. Никто никогда прежде такого не видел. Таким образом, когда Тигран двинул свои мощные силы на «гнуса», он не понимал, как скверное настроение может изменить этого «гнуса». Каждый римлянин в маленькой армии Лу-кулла был уже сыт по горло однообразной едой, зороастровым огнем, отсутствием женщин, ка-тафрактами на их огромных низейских конях, внезапно нападающими на фуражные отряды, Ар-менией вообще и Тигранокертом в частности. |
