Как глупо… Но Настя уже ничего не могла поделать с собой. Зачем она вообще устроила эти нелепые смотрины?!

Жанна удивленно подтянула к переносице сползшие очки.

Почему так долго нет президента?! — тосковала Юлька.

— Артем Максимович попросил меня лично не давать вам скучать, — заявила Жанна.

«Ой, врет! Как программа новостей! Никто ее ни о чем не просил… Мне надо идти, у меня полно дел», — думала Юлька и продолжала сидеть, страдая от неопределенности.

Она уже перестала пытаться осмыслить происходящее, махнула рукой на обеих надоевших ей, как чужие духи, дам, и просто сидела, стараясь вспоминать о хорошем. Например, о том, какие у Тарасова большие руки и какие у Бланки милые, раскосые, — ee понимающие человеческие глаза. Она не знала, сколько протекло часов и минут, о чем говорили Жанна и Настя — орлеанская дева снова, сладко улыбаясь, показывала Насте другие проспекты. Кажется, жена президента решила пойти на некий компромисс…

Юлька перестала соображать. Сплошные невнятки… Она устала, замучилась, хотела горячего чаю, сесть, наконец, за свой компьютер и приступить к работе.

Президент вошел неожиданно и застал весьма впечатляющую картину: истосковавшуюся вконец Юльку, мирно воркующих над каталогами Настю и Жанну. И ощутил царящую в кабинете атмосферу ненависти.

Юлька увидела шефа и засмеялась от счастья.

Почти такими же улыбками встретили его Настя и Жанна.

— Неужели это все-таки свершилось? — поинтересовался президент, отодвигая от стола свое кресло.

— Что — это? — спросила Настя.

— Ну как же, вы втроем так отчаянно сияете, как десантники на своем бессмертном традиционном августовском съезде! Стало быть, Думу все-таки распустили, а Чубайса вместе с правительством отправили в отставку! Других причин столь дивной, неистовой радости я не усматриваю!

Юлька хихикнула.

— Я пошла работать! — заявила она и весело вскочила:

— Можно?

— Идите, Юлия Леонидовна, — милостиво разрешил президент, исподлобья коротко взглянув на Юльку.

Ей показалось, даже нежно… Но сантиментов у них не водится. Растерявшаяся Юлька попыталась.

Не удалось… Шеф был на редкость благодушно настроен, но глаз от стола больше не отрывал. А что взглядами зря разбрасываться? Они дорогого стоят.

Наверное, удалось заключить очень выгодную сделку. Ну это Юлька выяснит позже, Довольная и свободная, Юлька вырвалась из кабинета, подмигнула испуганной и не решающейся ни о чем спрашивать Тамаре и помчалась к себе, по дороге не забыв заглянуть к Валентине.

Валя молча вопросительно взглянула на нее почти неживыми глазами. В своем воображении она уже нарисовала себе странные картины своего собственного будущего. А если бы ей вот так пришлось, один на один, встретиться с его женой?! Нет, это даже невозможно себе представить… А еще существует Виталий…

— Сушечка, опять сплошные непонятки, но, по-моему, все обошлось! Во всяком случае, мое личное дело почему-то оказалось непрочитанным и осталось лежать в стороне! — с хохотом отчиталась Юлька. — А-эм-тэ прибыл и разбирается теперь с женским вопросом самостоятельно, без моей помощи!

Как-то все это странно… Жена у него с неадекватными реакциями… Мне показалось…

Юля замолчала. Что там ей еще показалось?!

— Не томи! — взмолилась Валентина. — Говори все как есть!

— А почему ты такая подавленная? Тебя ведь это ни в коей мере не касается… Да, так вот… Не знаю почему, но эта его блекленькая, уксусу напившаяся Настя, похоже, почему-то имеет большой и острый зубик, просто настоящий волчий клык, готовый вонзиться в нашу героическую орлеанскую деву.