— Вы не верите, что Амеранд Жиро убил своего клерка, — ответила я спокойно и без колебаний.

— Не знаю. — Признание Ляна прозвучало одновременно и жестоко, и горько. — Клерк мёртв. Никто не хочет об этом говорить, но слухи идут. Спрашиваю ещё раз: что вы сказали Амеранду Жиро?

— Я должна сказать вам, что вынудила его совершить убийство, действие напрямую противоречащее закону и моей служебной присяге?

Лян и бровью не повёл. Его пристальный взгляд был направлен на меня и полон ожидания. Я двинулась вперёд, прямо на него.

— Я не знаю, что такого сделала Бьянка Файетт, из-за чего вы так возненавидели стражей, — ровным голосом изрекла я. — И мне неизвестно, какого рода дело безопасность пытается сфабриковать против Амеранда Жиро. Ни я, ни мои люди не замешаны в этом. — Я выпрямилась перед ним в полный рост. — Или вы мне говорите, что здесь в действительности происходит, или просто уходите с моего пути ко всем чертям, сеньор Чэнь.

Мгновение затянулось. Мы так и стояли, оба дошедшие до критической точки. Я видела, как на виске Ляна беспокойно пульсировала вена, когда он попытался найти слова, способные достаточно сильно и точно выразить эмоции, которые он подавлял в себе.

— Вы видели, с чем нам приходится сталкиваться здесь. — Он опустил руки. — Полевой координатор  Файетт совершает турне. Предполагается, что она даёт полную оценку своей деятельности, способствует нашему гармоничному функционированию и сотрудничеству, помогает установить, что действительно здесь происходит, и узнать, как мы можем реально изменить сложившуюся ситуацию. Что же делает она? Она отсылает отсюда всю свою группу и остаётся, чтобы проводить вечеринки с послом и контрабандистами.

Он наклонился вперёд, чтобы я безошибочно расслышала всё, что он говорит. Я находилась на его территории, и он не собирался меня отпускать.

— Теперь появляетесь вы, и вас  отпускают те же контрабандисты, а один из немногих по-настоящему достойных людей, которых я повстречал в этой системе, просто сходит с ума. — Его сотрясала ярость.

Я заставила себя сосредоточиться на важном.

— У Бьянки Файетт были контакты с контрабандистами, промышляющими водой?

— Вам лучше поверить в это. И здесь, и на Фортресс. Возможно, она могла бы предоставить Кровавому роду полный список таковых, если бы у неё возникло желание. Полагаю, вашему начальству не было известно кое-что ещё.

Мне нечего было ответить. Вместо этого я спросила:

— Вы знаете, сколько времени она проводила с Торианом Эразмусом?

— Она встречалась с ним практически постоянно, когда бы он ни появлялся здесь. — Лян поднял голову. — Что я в действительности пытаюсь понять, так это находитесь ли вы здесь, чтобы замести следы за Бьянкой Файетт или продолжить то, чем занималась она.

На мгновение я даже утратила способность дышать. Когда, наконец, сумела заставить себя заговорить, произнесла:

— Я сейчас же покидаю эту комнату. Я собираюсь продолжить проведение начатой операции и ожидаю вашего сотрудничества. Я составлю полный рапорт о нашей встрече и направлю его Маршалу-Стюарду. Если обнаружу хоть малейший намёк на то, что вы копаете под меня, вы будете уволены.

— Сделайте это, — ответил он. — Всё это. Если вы и вправду так кристально чисты, идите вперёд.

— Я услышала вас, — сказала я и направилась к двери. Отперла засов и оставила Ляна одного.

Я прошла через вестибюль, не имея чёткого представления о том, куда идти. Даже не могла смотреть прямо перед собой.