Макс завел руки за спину, потом показал на середину квадратной клумбы:

– Вон там надо построить мастерскую. Чуть правее – школу, левее – библиотеку. В следующий раз надо сделать набег на магазин, где продается всякая электрика, попытаюсь смастерить ветряки.

Вокруг него собралось все взрослое население.

– А не проще ли готовые найти? – предложил Юрий.

– Нет. Они аккумуляторные, а через пару лет все аккумуляторы сдохнут. Мои ветряки будут попроще и понадежнее. И надо не забыть радиоизотопные генераторы поискать.

Андрей держал Таню за руку, молчал и мысленно рисовал огромное здание мастерской, и школу, и библиотеку. И людей, суетящихся во дворе, детей всех возрастов, и жизнь его наполнялась смыслом…

Из фантазий его вывел звонкий женский голосок, тающий в вечернем полумраке. Голос то взлетал, то падал, то кружился осенними листьями. Это девочка Света покинула свое убежище и пела, мастеря венок из порея.

Заметив, что все смотрят на нее, она приложила ладонь ко рту и спряталась за столовую. Макс тоже смотрел на нее. Улыбнулся и сказал:

– Пока еще не стемнело, давайте разгрузим кирпич, разложим вдоль существующих стен, а завтра я измерю периметр и рассчитаю, сколько нужно материала, включая песок и бетон. А сегодня нужно сделать ставни на окна хотя бы первого дома. У меня есть два сварочных аппарата и семь листов металла полтора на три. Кто умеет обращаться со сваркой?

– Допустим, я. – Юрий скрестил руки на груди.

– У меня есть опыт, – вызвался Валера.

Макс кивнул:

– Отлично. Работать будем до упаду. Потому что если пойдет дождь, мутанты попрут сплошным потоком и если заметят нас…

– Ясно. – Юра завел руки за спину. – Значит, я рассчитаю количество материала вместо тебя – имеется соответствующий навык, а потом сменю вас. Кстати, где вы возьмете электричество?

– У нас есть дизель-генератор, – ответил Андрей. – Фронт работы на завтра ясен, он необъятен. Так давайте хоть кирпичи таскать, пока видно хоть что-то.

– Кстати да. – Валера засучил рукава. – Я всегда готов. Сначала Макс и Юрий работают, потом я кого-то из них сменю. Постоянно отсиживаться в храме – это не дело. Хотелось бы в своей постели пережидать натиск и не бояться, что тебя сожрут.

Андрей закончил работу, когда опустилась ночь, и поясницу так ломило, что не разогнуться. Стоило закрыть глаза, как по ту сторону век появлялись то кирпичи, то оскаленные мутанты. Шатаясь, он помахал Максу и Юрию, которые при свете фонарика работали с железом. Хорошо, маска с защитным стеклом обнаружилась на складе, иначе огонь сварки опалил бы слизистую их глаз. Раздалось негромкое «джжжж», и двор озарился фейерверком искр. Андрей увидел свое отражение в черном стекле окна – сутулый, руки болтаются плетьми, на лице скорбь. Он посмотрел на часы: двадцать три ровно. Надо же, и не заметил, что уже совсем темно.

Облившись ледяной водой, он немного пришел в себя и дополз до кровати, где обнял Таню и тотчас вырубился.

Три следующих дня он строил трехметровую стену, в то время как Влад, Игорь и Макар делали вылазки за недостающим материалом и выжившими. Когда он закрывал глаза, возникала кирпичная кладка. Кирпичи сыпались сверху наподобие фигурок тетриса, и их приходилось мысленно складывать.

Зато через пять дней стена была готова, а похудевший, осунувшийся Макс сделал и установил стальные ставни на толстенных болтах во всех домах, включая столовую. Такие не взломаешь, даже если к машине тросом привяжешь.

Осталось построить мастерскую, школу, склад и где-то придумать птицеферму. Если повезет, свиньями разжиться. Вот жизнь наступила веселая!

Январь следующего года

Благословенна морозная зима, когда можно передвигаться, не опасаясь мутантов!

Наконец можно не думать о теме завтрашних уроков – он вел у подростков основу медицины – и о том, чем заменить резиновые сальники в двигателе «бардака», который они с Максом переделывали под другое топливо – спирт.