Юрий говорил, что вчера голодные кабаны подходили к самой базе, теперь Андрей шел по протоптанной стадом тропе. В березовой роще на снегу заметил птичий помет, осмотрелся – здесь кормятся куропатки, – а чуть ближе к поляне обнаружил ямы в сугробах, куда птица закапывается на ночь, спасаясь от мороза. Снег вокруг украшали узоры птичьих следов. Точно куропатка! Или даже тетерев, он пока не умел отличать птиц по следам. Андрей переломил двустволку, вытащил патроны с пулей, вставил с дробью-«шестеркой». Теперь надо быть начеку.

Он внимательно оглядел небольшую поляну, заметил углубления в снегу, предположил, что куропатки там. Если это так, следует подкрадываться к ним по дуге, делая вид, что не замечаешь их, а идешь по своим делам. Курица не так дурна, как о ней думают.

И вдруг на другой стороне поляны стартовали куропатки, как ракеты из шахт – с шумом и снежными брызгами, вертикально вверх. Андрей вскинул двустволку, но стрелять не стал, потому что донесся отборный мат. Вряд ли это куропатки очеловечились и начали ругаться. Мужики обогнали его? Нет, голос незнакомый.

Андрей присел за сугроб, затаился и сказал спасибо интуиции, которая заставила его надеть белый маскхалат.

– Тише ты, – проворчал второй человек, хрипатый. – Не пали контору.

– Дык до них еще полтора километра пилить, никто не услышит.

– Береженого Бог бережет.

– А ты уверен, что мы справимся? Вдруг их там сто человек?

– Угу. Там инвалидная команда, а не группировка. Выводок детей и калеки. И ваще, заткни хлебало. Еще раз разинешь пасть – пристрелю, – предупредил хрипатый.

– Да я че, я ниче. Просто внезапно. – Раздался шлепок. – Ой, молчу, все… ой-ой.

Волосы на голове Андрея зашевелились. Он натянул капюшон посильнее, приподнял голову. Люди в камуфляже неспешно шли цепью, было их восемь человек, у всех были АК, у первого и замыкающего – РПГ. Об этом предупреждал Макс, что кому-то обязательно заходится отобрать то, что они наживали с таким трудом. Надо обогнать мародеров, рассказать своим и устроить засаду.

Макс подождал, пока они скроются из вида, двинулся в противоположную сторону, достал рацию и прошептал, прикрывая рот рукой:

– Влад, тихо. Это Андрей. Навстречу вам движется восемь человек с автоматами и двумя РПГ, они рассчитывают напасть на базу незамеченными. Встретьте их, я могу не успеть.

– Ааа… понял. Окей. Гостей примем.

– Если что, прикрою тыл, иду за ними следом. Конец связи.

От избытка адреналина тряслись руки. Только бы парни успели рассредоточиться и занять позиции, их же всего четверо, у всех двустволки, только у Валеры «калаш». Хорошо, что не разубедил его оставить автомат!

Андрей вернулся на поляну и двинулся по проторенной лыжне. Даже если враги заметят следы, вполне могут подумать, что они вчерашние, снега-то не было уже третий день. Самое скверное, от него ничего не зависело. Оставалось ждать и надеяться, а это бывает хуже поражения. Как когда близкий человек борется с болезнью, а ты сидишь на краю постели и держишь его за руку.

У парней единственное преимущество – внезапность, они должны им воспользоваться. В конце концов, они уже не нубье лопоухое, Макс всех поднатаскал, даже Влад уже не дохнет на тренировках. И стреляют все о-го-го. Даже подростков обучили – вдруг взрослые разом мутируют?

Задумавшись, он почти настиг врагов, сдал назад, спрятался за сосновый ствол, и вовремя: позади идущий почувствовал взгляд, обернулся:

– Тссс!

Колонна остановилась. Что они делают, Андрей не видел. Его точно не заметили, а услышать попросту не могли: слишком скрипит морозный снег, слишком громко шуршит одежда, да и у каждого ушанка на голове, а они здорово скрадывает звуки.