– Не кипишуй, – негромко сказал хрипатый, и враги тронулись с места.

Андрей подождал, когда они исчезнут из поля зрения, и только собрался идти, как одновременно грянули выстрелы, с веток вспорхнули галки, роняя снег. Дальше стреляли беспорядочно. Лаял автомат, гавкали дробовики, ругань смешивалась с криками раненых.

Не выходя из укрытия, Андрей прицелился, рассчитывая, что кто-то будет отступать, и не ошибся: один боец с АК пятился, спрятался за сосновый ствол, повесил автомат через плечо, потянулся к РПГ. Андрей прицелился в голову врага и нажал на спусковой крючок. Мародер дернулся, брызнув на ствол красным, упал на гранатомет.

Выстрелы стихли. В ушах звенело от грохота. Доносились стоны раненого.

– Мужики, все целы? – прокричал Андрей.

Отозвался Влад:

– Наши – да. Враг повержен. Семь трупов, один где-то засел, сука.

– Я его снял. – Андрей заскользил к месту бойни.

Ребята работали слаженно. Четверо мародеров даже автоматы схватить не успели, четверо – успели, но не прицелились и теперь лежали темно-зелеными пятнами, снег под ними окрашивался алым. Один из них валялся на спине, стонал, держась за окровавленную грудь. Судя по розовой пене на губах, ему прострелили легкое. Того, кто шел последним, стрелкам попросту не было видно за спинами подельников, потому он уцелел, но не пережил товарищей даже на минуту.

Отряхиваясь от снега, встал Влад, он лежал по одну сторону проторенной лыжни, по вторую притаился Валера. Напуганные близнецы вышли из-за сосен. Они отворачивались от места побоища, словно не защитили свой дом, а совершили что-то постыдное. Андрея уже не ужасала кровь: привык, когда делал вылазки за выжившими, которых теперь на базе насчитывалось сорок пять человек, из них тридцать взрослых, остальные – дети и подростки.

Андрей остановился над раненым, прицелился в него.

– Вы откуда, кто вас привел? – Он поднял ногу, делая вид, что собирается наступить на грудь.

– Мытищенские мы, на заправке живем.

На той самой, где Андрей заправлялся, пока не нашел маленькую ничейную заправку при гаражном кооперативе.

– Сколько вас там? – спросил подошедший Влад, легонько пнул мародера.

Тот скукожился, зажмурился и выдал:

– Пятеро осталось. Нас вояки с места согнали…

– А просто договориться – не? – Андрей покачал головой. – Мы бы вам не отказали.

Мародер ухватился за спасительную мысль:

– Так мы и собирались…

– Хоть перед смертью не ври, покайся. – Андрей покачал головой. – Я слышал ваш разговор.

– Я против был… сначала, – Раненый закашлялся, побледнел и захлебнулся кровью.

– Это нам урок, – сказал Влад. – Надо лучше путать следы.

Валера по-хозяйски обыскал трупы, снял с них автоматы, перекинул через плечо, РПГ отдал близнецам, которые стояли чуть в стороне. Лёня носил длинные светлые волосы, Леха коротко стригся, в капюшонах же братья были неразличимы. Один из них, вроде Лёня, сказал восторженно:

– Фига се! Многоразовый. С оптикой. Посмотри, может, у трупа и гранаты есть.

Валера, морщась, облапил разгрузки, выгреб магазины к «калашам», рассовал по карманам. Нашел гранаты, встал, подумал и снял разгрузку с одного гранатометчика и второго со словами:

– Пригодится.

– Про охоту можно забыть, – проговорил второй брат, наверное, Лёня, у него голос грубее и ниже.