Когда нибудь изобретут новые технологии, и он встанет и пойдёт. Или нет.

Малые и большие дела

Владу с благодарностью

– И что было дальше, дедушка? – спросил Рыженький. Вообще, в роду у них все были рыжие, светлые шатены, просто шатены… Но этот, самый живой и юркий, самый нетерпеливый и чувствительный, был настолько уж рыж, что его так и звали ласково.

– Дальше… Господи! Сколько же я тебе рассказал! – дед выглядел уставшим и даже недовольным, но потом взглянул на Рыженького и в глазах его запрыгала улыбка. – Ну, сколько я могу болтать одно и то же?

– Ты что? – возмутился малыш. – Ты не болтаешь! Мне интересно! И потом, ты каждый раз рассказываешь по разному. И как будто другая история получается.

– Но ты же всё равно знаешь, чем всё закончится, – осторожно сказал дед.

– Да, – грустно сказал Рыженький. – Только у меня есть одна мечта…

– Какая, малыш? – спросил дед, вглядываясь в мордашку, которая так напоминала его самого. Когда то, целое время тому назад…

– Я хочу, чтобы ты, вот, рассказывал как нибудь, и вдруг всё закончилось хорошо! – выпалил Рыженький. И подпрыгнул радостно. – Да!

– Малыш… – осторожно сказал дед. – Ну, ты же понимаешь, что это будет совсем другая история.

– Почему? – расстроился ребёнок.

– Потому что каждая история чем то заканчивается. – ответил дед устало. – У каждой истории свой конец. У этой – такой, не очень весёлый. Но… понимаешь, это же история. Она уже была. Её изменить нельзя. А ты почему то всё время просишь меня рассказывать её.

– Потому что остальные хорошо кончаются, – ответил Рыженький недоумённо. – Ты что, не понимаешь, деда? У них уже и так всё хорошо. Чего там исправлять то? А тут есть, что исправлять. И я хочу, чтобы исправилось с плохо на хорошо.

Дед попытался что то возразить.

– Я хочу, чтобы всё было хорошо! – воскликнул ребёнок. – Как ты не понимаешь? Ты же умный!

– Был бы умный, жил бы сейчас по другому, – сказал дед после паузы. – Если старше тебя, то не всегда умнее. Или не во всём. Запомни, это, пожалуйста… Малыш, давай собираться помаленьку. Скоро ужин. Мама будет снова ворчать, если я тебя поздно приведу.

– Да ну, – сказал Рыженький беззаботно. – Мама всегда ворчит. И когда уже она будет весёлая?

– Ей приходится беспокоиться обо всех нас, – сказал дед назидательно. – Мы все заняты своими делами, а она о нас заботится. Посмотрел бы я на тебя в её ситуации…

Они спустились с пригорка и направились к дому. Вскоре начали попадаться знакомые и соседи. Все здоровались друг с другом – кто радостно, кто степенно. Малышу вдруг показалось, что в воздухе витает тревога, а в кивках и мало что значащих словах приветствий и обычных разговорах – какая то напряжённость. И он вдруг понял, что ничего пока ещё о жизни не знает, а если и знает, то очень мало.

Когда они вошли в дом, мама была обеспокоена больше обычного. Можно сказать даже, она была немного взвинчена. Малыш знал, что в таком её настроении лучше выждать, а потом, когда ужин закончится, потихоньку подойти, подластиться, и мама расслабится, и они вместе, прижавшись друг к другу, поболтают. А потом стемнеет, и все будут спать. До следующего дня.

Постепенно собирались все. Подошёл папа, и, как всегда, поинтересовался, с каких это пор даже он дома, при всей его занятости – а этих близнецов нет и нет? Они стали совсем неуправляемы! – Интересно, кого же они мне напоминают? – добродушно усмехался дедушка на это. – Знаешь, что? Я гулял, но при этом хотя бы занимался делом, – возмущался папа.