Он прошел к «Ниве», возле которой топтался Эдик, отметив, как под огненным мехом шапки недоуменно привздернулись черные брови нефтебарона. Забрав из салона свою дорожную сумку, пожал журналисту руку и дал визитную карточку, выполненную по эскизу одного из лучших дизайнеров Москвы и отпечатанную во Франции на плотной, тонкого тиснения, голубоватой бумаге «верже».

– Рад был познакомиться, Эдуард. Спасибо за помощь. Будешь в Москве – заходи.

Эдик уважительно рассмотрел визитку и с сомнением покачал головой:

– Не знаю, когда я буду в Москве. Слишком большая стала Россия. Раньше два часа – и в столице. А сейчас на билет нужно копить месяц. Владимир Иванович, я вот что хочу сказать...

– Знаю. Хочешь стать собкором «Курьера». Подумаем.

Эдик неожиданно покраснел и растерянно, со жгучей обидой посмотрел на Лозовского:

– Да вы что?! Владимир Иванович! Вы что?! Вы думаете, я только из-за этого... Вот все вы, москвичи, такие!.. Все!.. Все вы...

– Ну-ну, кто?

– Говно!

Эдик в клочки разорвал визитку, швырнул обрывки на снег и полез в «Ниву». Лозовский ухватил его за плечи и вынул из машины, стараясь не выронить Эдика из тулупа. Тот отбивался:

– Пустите меня! Отвалите! Отстаньте!

Материализовался охранник:

– Разрешите помочь?

– Обойдусь.

– Имею приказ.

– Пошел на ...!

Охранник исчез.

Лозовский показал Эдику на обрывки визитки и строго предупредил:

– Ты разорил меня на полтора доллара. Больше этого не делай. А теперь выкладывай. О Степанове, я правильно понял?

– Да, – хмуро кивнул Эдик. – Я так думаю, что Степаныч все– таки встретился с Христичем. Еще в первый приезд. У него в очерке было про его кабинет. Типа простой. И про надпись на стенке. Насчет того, что если тебя прижало, то скоро будешь на льду.

– На каком льду?

– Ну, в шоколаде. В порядке.

– Понял. Дальше.

– Выходит, Степаныч был у него в кабинете, правильно? А кто его пустит, если нет хозяина?.. Это одно. Другое вот что. Смурной был Степаныч. Улетел веселый, прилетел смурной. Сказал: буксует очерк. Но я сейчас думаю, дело не в очерке. Узнал он что-то от Христича. Как вы сказали: чего ему знать не следовало.

– Так, – проговорил Лозовский. – Слушай меня внимательно. С этой минуты ты собкор «Российского курьера» по Тюменской области. Ты сказал, что у Христича дом где-то на югах. Твое первое задание: узнать адрес.

Он достал еще одну визитку, написал два номера:

– Это мой домашний, это мобильный. – Немного подумал и приписал еще номер. – Мобильный Тюрина. На всякий пожарный. Если что, он меня найдет. Тюрин Павел Петрович. Он же Павел Майоров.

– Знаю, – кивнул Эдик. – Я читал его корреспонденции в «Курьере».

– И как тебе они? – заинтересовался Лозовский.

– Информативно. Но словарный запас маловат.

– А вот этого ему никогда не говори. Читал, информативно. И все. Понял?

– Обидится?

– Огорчится. И еще. Банк, через который «Союз» проводит платежи...

– Знаю, – кивнул Эдик. – «Союз-кредит». Карманный банк Кольцова. Он обслуживает только «Союз».

– В середине ноября у них был сбой в компьютерной системе. На шесть суток. Хотелось бы знать, был или ничего не было. Но это, пожалуй, тебе не по силам. Так что считай, что это не задание, а пожелание.

– Обижаете, Владимир Иванович.