|
Отчаянные усилия и сопение старого филина не представляли большой угрозы для моей скромности, и все-таки после продолжительных и мучительных для меня упражнений ему удалось проникнуть в мою заднюю норку, впрочем, он недолго оставался там: Природа разбила вдребезги мои надежды, инструмент его согнулся, и бедняга, который так и не нашел в себе сил для оргазма, поскольку, по его словам, он уже два раза кончил нынче вечером, заснул тихо и мирно, уткнувшись своей противной физиономией в мои ягодицы. Когда мы пробудились, Сен-Фон, не скрывая своего восхищения моими талантами, вручил мне чек на восемьсот тысяч франков, выписанный на имя королевского казначея, и вместе со своим другом покинул мой дом. Все последующие званые вечера были похожи на самый первый, если не считать отдельных эпизодов, которые я постоянно варьировала благодаря своему неистощимому воображению. Нуарсей присутствовал почти всегда, и за исключением принца посторонних в доме не было. Так, в течение трех месяцев я твердой рукой вела свой корабль по бурливому морю наслаждений, и однажды Сен-Фон предупредил меня, что на следующий день мне предстоит совершить выдающееся в своем роде преступление. Ох, уж эти ужасные последствия варварской политики! И кто же, по-вашему, стал очередной жертвой? Уверена, друзья мои, что вы ни за что не догадаетесь. Это был родной отец Сен-Фона, шестидесятишестилетний господин, образец редкого благородства; его давно беспокоил беспорядочный образ жизни сына, и он начал бояться, что тот окончательно погубит себя; он не раз крупно разговаривал с ним, предупреждал его по-доброму, даже предпринимал кое-какие шаги при дворе к вящему неудовольствию Сен-Фона, вынуждая его оставить министерский пост, справедливо полагая, что беспутному наследнику лучше сделать это по своей воле, нежели уйти со скандалом. Сен-Фон с большим раздражением относился к вмешательству отца, помимо того, смерть старика сулила ему дополнительно три тысячи ежегодного дохода, и, естественно, колебания его длились недолго. Эти подробности сообщил мне Нуарсей и, заметив, что я не в восторге от столь грандиозного замысла, решил снять с этого преступления налет жестокости, который придавала ему моя идиотская нерешительность. - Злодеяние, которое ты усматриваешь в убийстве человека, и второе злодеяние, которое, по-твоему, заключается в отцеубийстве, - это, милая моя, просто-напросто два бессмысленных понятия, и я постараюсь сокрушить их в твоих глазах. Впрочем, не стоит терять время на первое, потому что с твоим умом ты должна лишь презирать предрассудок, который заключается в том, что недалекие люди усматривают преступление в уничтожении живого существа. Следовательно, это обычное убийство, вполне для тебя доступное, ибо между твоей жизнью и жизнью жертвы нет никаких связей; дело здесь обстоит несколько сложнее для моего друга, и тебя, кажется, пугает само слово "отцеубийство", поэтому рассмотрим этот поступок исключительно с этой точки зрения. |
