Я, всерьез заинтересовавшись, засыпала их вопросами, и они рассказали о
своих принципах, необычайно твердых для их возраста; воспитанные отцом в
истинно философском духе, они рано освободились от всех недугов морали и
религии - излечились раз и навсегда; не оставалось ничего такого, чего бы
они не испробовали и чего бы не были готовы испытать еще и еще; их энергия
поразила меня, я нашла наши характеры настолько схожими, что не удержалась и
выразила свои чувства. Я искупала этих восхитительных девочек в жарких
ласках, мы пролили немало спермы, дали друг другу слово поддерживать
отношения и возвратились в залу. В этот момент ко мне приблизился изящный
молодой человек и тревожным шепотом попросил уделить ему несколько минут;
вместе с ним я вернулась в туалетную комнату, откуда только что вышла.
- Боже мой! - воскликнул он, когда мы остались одни, - я едва не упал
от изумления, увидев тебя в компании этой парочки. Держись подальше от них,
будь начеку, ведь это же монстры: несмотря на юный возраст они способны на
самые ужасные вещи.
- Однако же, - возразила я, - разве это плохо? Он уставился на меня,
потом с неохотой кивнул.
- Разумеется, но в своей среде надо все-таки проявлять хоть какую-то
элементарную порядочность. За стенами этого дома - ради Бога: пусть творят,
что им вздумается. Но не здесь. Поверь мне, эти сучки получают удовольствие
только тогда, когда устраивают всяческие пакости своим собратьям; обе они
порочны, коварны и мстительны, их давно пора исключить из Братства, и я не
понимаю, почему постоянный комитет до сих пор не принял никаких мер.
Поверишь ли, дорогая моя, они сегодня развлекаются с тобой, а завтра будут
мечтать о том, чтобы тебя же уничтожить или закабалить. Скажи спасибо, что я
предупредил тебя, а теперь в знак благодарности за это подставь-ка мне свою
попку.
Я приготовилась к тому, что он начнет содомировать меня, но не
произошло ничего подобного. Этот странный юноша ограничился тем, что начал
выщипывать волоски из моей промежности и облизывать их; на мои негодующие
протесты он отвечал, что я еще дешево заплатила за его услугу. Через
четверть часа такой неприятной и весьма болезненной процедуры он ушел из
туалета, хотя так и не испытал оргазма. Вскоре я узнала, что все, сказанное
им о сестрах-близнецах, было чистейшей воды выдумкой, что клевета возбуждает
его сильнее всего и что таким образом он делает женщин чем-то себе
обязанными и, пользуясь этим, подвергает их такому обращению.
Когда я возвратилась в залу, там звучала приятная музыка; объявили
ужин, и я вместе со всеми вошла в роскошный обеденный зал. Он был украшен
таким образом, что обедающие чувствовали себя как в лесу; среди деревьев
были устроены полянки, и на каждой был накрыт стол на двенадцать персон. С
деревьев свисали гирлянды нежных ароматных цветов, а тысячи свечей,
расставленных с не меньшим искусством, чем в зале для ассамблей, создавали
мягкое неназойливое освещение; каждый стол обслуживали две девушки-служанки
и делали свое дело быстро, изящно и без суеты. |