|
Чем больше она сопротивлялась, ссылаясь на их родственные отношения, запрещающие подобное поведение, тем сильнее воспламенялся старый хрыч, который строго заявил, что в Италии душещипательные сцены не проходят. В родных стенах своего дома, где он мог воспользоваться помощью слуг или возбуждающих средств, распутник вел себя гораздо раскованнее, чем со мной, и в результате был вознагражден более щедро: вначале он выпорол очаровательный зад Августины, затем прочистил его своим восставшим-таки членом. Покорность прелестной девочки настолько понравилась герцогу, что он сверх всякой меры одарил ее и предоставил ей полную свободу в доме. Таким образом, она получила все ключи от всех потайных запоров, обшарила его сокровищницу и была такова. В конце своего живописного рассказа она выложила перед нами солидную кучу денег - более пятисот тысяч франков. Разумеется, после такого улова мы, не мешкая, покинули окрестности благословенного городка идиотов и простаков, хотя должна заметить, что нам вряд ли угрожала серьезная опасность. Дело в том, что в Италии преступнику достаточно перебраться в ближайшую провинцию: власти никогда не станут преследовать его за пределами своей области, более того, они сменяются почти ежедневно и даже два раза в день, поэтому преступление, совершенное до полудня, к вечеру устаревает и не подлежит наказанию. Такое положение представляет исключительное удобство для путешественников, желающих по пути нагреть себе руки. Однако посчитав, что в данном случае скромность есть лучшее достоинство, мы благоразумно покинули Парму и не останавливались до самой Болоньи. Красота жительниц этого города заставила меня задержаться и сполна насладиться ими. Сбригани, который отменно обслуживал свою требовательную супругу, представил меня одной вдове, своей давней знакомой. Эта очаровательная женщина лет тридцати шести, прекрасная как сама Венера в пору расцвета, знала в Эмилии - так называлась область, куда мы попали - всех обладательниц сапфических достоинств {От имени легендарной древнегреческой поэтессы Сафо, жившей на острове Лесбос.}, и в течение недели я испробовала множество женщин, которые были одна другой краше и обольстительнее; следующую неделю мы провели в знаменитом монастыре неподалеку от города, куда моя Новая подруга совершала регулярные паломничества. Ах, друзья мои! Перо самого Аретино {Известный поэт итальянского Возрождения.} не в силах описать исполненные сладострастной неги оргии, которые мы устраивали в святой обители. Все послушницы, немалое число монашек, пятьдесят пансионерок - словом, сто двадцать молодых женщин прошли через наши руки, и скажу вам откровенно, что никогда за всю свою жизнь меня не ласкали с такой страстью. |
