— Жутко, правда? — прошептала Барбара.

— Да.

Гарри посмотрел на Софию, которая шла немного впереди и по-прежнему держала руки так глубоко в карманах, что казалось, плечевые швы на ее пальто разойдутся. Она остановилась и, когда Гарри и Барбара поравнялись с ней, повернулась и прошептала:

— Видишь, вон он там, на скамье.

Рядом со святилищем Девы сидел почти незаметный во мраке мужчина. Они медленно приблизились к нему, и Гарри услышал, как София резко втянула в себя воздух. Она смотрела на большую мемориальную доску на стене. В нишах рядом с ней горели свечи, а внизу лежал небольшой букет морозников. Над списком имен была надпись: «Павшие за Церковь».

— Он там, — сказала София, — мой дядя.

Она опустила плечи еще ниже. Гарри обнял ее одной рукой. Она была такая маленькая, хрупкая.

София опять отстранилась от него и тихо проговорила:

— Нужно подойти к сторожу.

При их приближении мужчина встал со скамьи. Он был пожилой, невысокий, коренастый, одет в старый засаленный костюм и протертую едва ли не до дыр рубашку. Сторож презрительно смотрел на них голубыми глазами, его морщинистое лицо было исполнено враждебности и недоверия.

— Вы от Луиса, брата Августина? — спросил он Барбару.

— Да. А вы Франсиско?

— Мне сказали ждать одну англичанку. Почему вас трое?

— Обстоятельства изменились. Луис знает.

— Августин сказал, она будет одна. — Сторож в тревоге переводил взгляд с одного на другого.

— Деньги при мне, — сказал Гарри. — Итак. Мы можем подождать здесь, привести сюда нашего друга? Это безопасно?

— Должно быть. Сегодня нет вечерней службы. Холодно, никто не приходил сюда весь день, кроме сестры отца Бельмонте. — Он коротко кивнул на мемориальную доску. — С цветами. Он один из мучеников, погибших за Испанию, когда священников убивали, а монахинь насиловали по прихоти красных.

«Значит, он националист», — подумал Гарри.

— Мы принесли триста песет, — сказал он.

— Так давайте их мне, — протянул руку старик.

— Когда человек, за которым мы пришли, будет здесь. — Гарри намеренно говорил отрывисто, властно, командным голосом. — Так было условлено.

Он запустил руку за пазуху и показал старику стопку сложенных пополам банкнот, наклонившись так, чтобы тот в придачу увидел и пистолет. Сторож сверкнул глазами и кивнул:

— Sí. Sí.

Гарри посмотрел на часы:

— Мы пришли рано. Придется немного подождать здесь.

— Так ждите.

Сторож отвернулся и прошаркал к своей скамье, сел и стал наблюдать за ними.

— Можно ли ему доверять? — прошептала Барбара. — Он так враждебно настроен.

— Еще бы! — резко сказала София. — Он их поддерживает. Думаете, Церковь берет на службу республиканцев?

— Брат Луиса, видимо, ему доверяет, — сказал Гарри. — Его ведь могут расстрелять, если дело сорвется.

Они отошли и сели на скамью, откуда было видно и сторожа, и входную дверь.

— Десять минут седьмого, — сказал Гарри. — София, сколько отсюда идти до моста?

— Недолго.