Наконец дверь приоткрылась. Гарри и София застыли. Старик тоже испуганно смотрел, как Берни и Барбара медленно заходят в собор. Барбара поддерживала Берни, который едва передвигал ноги. Сперва Гарри не узнал своего исхудалого, обросшего бородой друга, потом бросился к нему. София поспешила следом.

— Берни… — тихо произнес он. — Иисусе, ты выглядишь так, будто побывал в аду!

— Гарри… Это ты. — Берни недоверчиво рассмеялся и часто заморгал, как будто этот новый мир, в котором он оказался, слишком сильно его тревожил. — Боже мой, не могу поверить, черт меня подери!

Гарри почувствовал, что едва справляется с эмоциями, глядя в лицо друга, похожего на огородное пугало.

— Ты куда собрался, черт возьми?! Посмотри, в каком ты виде. Что сказали бы в Руквуде?

Берни закусил губу. Гарри видел, что он вот-вот расплачется.

— Я сражался на войне, Гарри.

Он наклонился вперед и обнял его на испанский манер. Гарри позволил себе немного расслабиться в его объятиях, и они оба мгновение крепко держались друг за друга, а потом Гарри, смутившись, отстранился. Берни слегка покачнулся.

— С вами все в порядке? — в тревоге спросила София.

— Я лучше присяду. — Берни улыбнулся ей. — Вы, должно быть, София.

— Да.

— Viva la República! — тихо произнес он.

— Viva la República!

— Вы коммунистка? — спросил он.

— Нет. — София серьезно посмотрела на него. — Мне не нравилось то, что творили коммунисты.

— Мы считали это необходимым. — Берни вздохнул.

— Давай. — Барбара взяла его за руку. — Тебе нужно побриться. Иди к фонтану. Иди.

Она подала Берни сумку с бритвенными принадлежностями, и тот захромал к воде.

Гарри подошел к сторожу. Тот злобно глянул на него исподлобья, лицо его опухло от слез. Гарри протянул ему стопку согнутых пополам банкнот:

— Ваши деньги, сеньор.

Франсиско сердито сжал бумажки в кулаке. Гарри подумал, что он сейчас бросит их на пол, однако старик положил купюры в карман и устало привалился к стене.

Вернулся Берни, его лицо было выбрито негладко, на нем оставалась щетина; он постарел и похудел, но теперь это несомненно был Берни.

— Мне нужно присесть, — сказал он. — Я слишком потрясен.

— Да, конечно. — Барбара повернулась к остальным. — Он очень устал, но следует убраться отсюда как можно скорее.

— Что-нибудь случилось? — спросила София таким резким тоном, что Гарри невольно посмотрел на нее.

Барбара рассказала им про Сэнди.

— Иисусе Христе! — воскликнул Гарри. — Он перешел все границы. Просто спятил.

— Да, ополоумел от злости.

— Нужно уходить отсюда, — сказала София. — Вдруг священник скажет в монастыре, что собор закрыли, и кого-нибудь пошлют домой к старику?

— Да, — согласился Гарри.

Он глянул туда, где сидел Франсиско и смотрел на них с каменным лицом, потом положил руку на плечо Берни:

— Машина в нескольких милях отсюда, за городом. Сможешь дойти? Дорога под гору.

— Я попытаюсь, — кивнул Берни. — Да. Если пойдем медленно.

— Ты снова похож на человека, — улыбнулся Гарри.

— Спасибо. — Берни поднял взгляд. — Это правда, что Англия все еще держится?

— Да.