— Барбара, — услышала она оклик — его голос впервые больше чем за три года.

Берни подошел к ней. Она раскинула руки, и он упал в ее объятия.

Старик Франсиско взял четки и начал сердито их перебирать. Гарри наклонился к нему, приблизил губы к его уху:

— Вы должны как-то выпроводить священника. Он встретил моих подруг на улице. Они сказали ему, что идут в монастырь. Если они вернутся сюда и он их увидит, возникнут вопросы.

— Я не могу просить священника, который молится нашему Господу, покинуть собор! — жарко прошептал Франсиско.

— Вам придется. — Гарри посмотрел ему прямо в глаза. — Или мы все окажемся в опасности. И никаких денег.

Франсиско поскреб мозолистой рукой щетину на подбородке и вздохнул:

— Mierda! Зачем я только в это ввязался?..

Бормотание священника смолкло. Он отнял лицо от рук и посмотрел на Гарри со сторожем, не вставая с колен. Их слов он слышать не мог, но, вероятно, уловил нетерпение и настойчивость в тоне Гарри.

«Черт, — подумал тот, — проклятье!»

— Он уже не молится, — зашептал Гарри. — Скажите ему, что у вас дома случилось несчастье и вам нужно ненадолго запереть собор.

Священник поднялся на ноги и подошел к ним, шурша черной сутаной. Франсиско встал.

— У вас все в порядке, viejo? — мягко улыбнулся ему падре.

— Боюсь, у него внезапно заболела жена, — сказал Гарри, пытаясь смягчить свой английский акцент. — Я врач. Было бы большой милостью с вашей стороны, сеньор, если бы он мог закрыть собор и пойти домой. А я приведу другого сторожа.

Священник внимательно посмотрел на них. Гарри подумал, что спровадить его будет легко — молодой и с виду рохля.

— Откуда вы родом, доктор? Не могу определить, что у вас за акцент.

— Из Каталонии, сеньор. Я осел здесь после войны.

Франсиско указал на Гарри и пролепетал:

— Отец, да, да… — но не мог ничего больше добавить и повесил голову.

— Если хотите, я могу остаться здесь, пока вы не приведете кого-нибудь еще, — предложил священник.

Франсиско сглотнул:

— Прошу вас, сеньор, по правилам собор должен быть закрыт, если в нем нет сторожа.

— Будет лучше, если мы закроем собор, — поддержал его Гарри. — Я провожу Франсиско, дом настоятеля по пути, я приведу оттуда другого человека.

— Ладно, — кивнул священник. — Мне все равно пора возвращаться в монастырь. Как зовут вашу жену?

— Мария, сеньор, — пролепетал Франсиско.

— Хорошо. — Он развернулся. — Я помолюсь Деве о ее выздоровлении.

— Да. Помолитесь за нас.

Тут старик разрыдался и закрыл лицо руками.

— Я позабочусь о нем, сеньор, — кивнул священнику Гарри.

— Vaya con Dios, viejo.

— Vaya con Dios, señor.

Ответ сторожа прозвучал как стыдливое бормотание. Священник прикоснулся к его плечу, после чего наконец вышел из церкви.

Франсиско, не глядя на Гарри, вытер лицо:

— Ты меня опозорил. Cabrón rojo. Опозорил в святом месте.

* * *

Берни и Барбара крепко обнялись. Она чувствовала прикосновение жесткой, как мешковина, ткани его робы, ощущала запах грязной плоти, но теплое тело под одеждой было его, его.