На голове доктора нелепо красовался старый английский пробковый шлем времен колонизации.

– Идемте, господин, – вдруг сказал он решительно.

И они вышли под дождь.

– Пожалуйста, доктор, входите, – открывая дверь, промолвил хозяин, пропуская юркого докторишку и статного Рао в дом.

– Пожалуйста, доктор, проходите, – пригласила хозяйка, показав жестом на роженицу.

– О, – воскликнул доктор, – торопятся родиться! Всегда торопятся.

– Да, доктор, – взволнованно вторила ему хозяйка, – она уже родилась.

– Кто родилась?! – воскликнул Рао и, не веря своим глазам, увидел завернутого в пеленку младенца, который время от времени попискивал.

Рао бросился к Лолите. Она лежала спокойно. Несколько осунувшееся лицо, большие черные глаза смотрели на Рао необычным взглядом. Рао слегка пошатнулся.

– Лолита, как ты себя чувствуешь?

– Ничего, милый, все позади. Она родилась. Зита родилась.

И по ее лицу ручьем побежали слезы, жемчужины страданья! Лолита еще не осознала радость материнства.

Рао был как во сне, но подсознательно ощущал, что опасность миновала. Он – отец, все, кажется, хорошо.

– Поздравляем вас, господин, с рождением дочери, – промолвил хозяин и, сложив руки, поклонился.

– Дай вам бог счастья, господин, вашей супруге и дочери! – суетясь вокруг постели, подпевала хозяйка, а сама с тревогой поглядывала на мужа. Руки ее дрожали. Капли пота выступили у нее на лице.

– Что с тобой, Лила? – спросил муж, увидев необычное волнение жены. Он насторожился.

– Ничего, ничего, просто такой непредвиденный случай, промысел господний, судьба…

– Пожалуйста, доктор, ваш гонорар, – первым опомнился Рао.

– Спасибо, спасибо, Бог послал вам чудесную девочку. Она родилась раньше, но это для вас ничего не значит.

– Все хорошо, она теперь здесь.

– Все они такие, спешат родиться, – хихикая, частил скороговоркой подвижный эскулап.

Он понемногу стал успокаиваться, положив в свой саквояж деньги, которые клиент все же заплатил ему за визит, несмотря на «опоздание».

«Как долго ему не платили! О, эти бедняки! Что с них взять? А тут такой случай. Можно сказать – повезло».

Исток докторской суетливости и волнения отчасти происходил, видимо, из этих обстоятельств.

«Да! Воистину противоречивы людские помыслы, сказал мудрец, плотника радует поломка, врача – больной, жреца – несущий жертву».

Солнце сияло, после дождя было свежо и тепло. Вдали виднелись желтые горчичные и коричневые хлопковые поля. Пастухи выгоняли стада буйволов. Жизнь продолжалась. А для кого то она только началась. Скоро сбор третьего урожая – раби, и крестьяне начнут скашивать золотую пшеницу. Рао облегченно вздохнул. Тень усталости и тревоги еще жила в его душе, уступая место радости, радости истинной и живительной на неисповедимом пути человека в этой жизни.

– Я не знаю, как вас и благодарить, – смущенно проговорил Рао и вытащил бумажник, но увидев, что хозяин отрицательно повел рукой, положил его обратно в карман.

– Что я мог бы сделать для вас?

– Что вы, господин, все хорошо, у вас родилась такая чудесная девочка, и вы свое дитя держали на руках, вот если бы вы помолились за нас Богу…

– Как помолиться? – удивился Рао.

– У нас нет детей. Наши молитвы неугодны Богу, и если бы вы согласились помолиться за нас с женой, это для нас было бы большой наградой с вашей стороны, господин, ведь вы держали своими руками только что рожденное дитя. И я надеюсь, что ваши молитвы Бог услышит.

– Ваша услуга настолько велика, что вы, добрейший мунши, воистину достойны иметь сына или дочь, и я уверен, что Господь на сей раз услышит ваши молитвы.