Тело Криспуса покоилось в просторном кресле. Карта предстоящего боя транслировалась прямо в его мозг. Он прекрасно видел и свои и чужие звездолеты, а его не мог видеть никто. Никто не сумел освоить непревзойденную технологию телепатического видения. Вон тот фрегат неплохо спрятан, но он не может полностью укрыться темпоральным полем. Иначе он сразу ослепнет, а то и выпадет из потока времени и станет легкой добычей врагов. Гридерские же звездолеты, пользуясь телепатическим видением, могли себе позволить полностью выйти за пределы трехмерного пространства и создать вокруг себя абсолютно непроницаемые капсулы.

– Десантные корабли на исходную! – приказал Криспус, и пятьсот звездолетов, похожих на огромные бочки, заняли позиции над крупнейшим континентом Эстеи. Десять миллионов големов высадятся на поверхность планеты в течение пяти минут. В их маленьких головках записана только одна задача – захватить Исток Сущего. Обычную женщину, портрет которой постоянно находится перед внутренним взором адмирала. Именно это довольно простое на первый взгляд задание, из-за которого посчитали возможным расконсервировать весь флот, и вызывало в душе Криспуса чувство беспокойства. А заявление Проконсула, что адмирал Криспус может пожертвовать всем ради Истока, заставляло старого вояку вибрировать от бешенства. Отдать столько великолепных звездолетов за самку, разумность которой весьма сомнительна?! Бред!

Но приказ есть приказ. Големы окружат город, где зафиксировано появление Истока. У них будет только холодное оружие, ибо Исток Сущего должен быть захвачен живым. Они убьют всех, кто попытается помешать им, и обязательно выполнят поставленную задачу. Адмирал не сомневался, что во время этой операции он не потеряет ни одного корабля. И имперский флот, и орбитальные крепости устарели даже для тех далеких времен, когда Криспус последний раз покидал холодильную камеру, и если они не сдадутся сразу, то будут быстро уничтожены огнем плазменных орудий. Адмиралу даже захотелось, чтобы имперцы немного покочевряжились. Он соскучился по настоящему звездному бою. Когда сгустки бушующей энергии мечутся по самым замысловатым траекториям, когда невидимые лучи выжигают огромные дыры в бортах вражеских кораблей, заставляя их истекать мгновенно замерзающим воздухом.

«Убрать щит!» – подумал Криспус, и его флагманский корабль вывалился в зону оптической видимости. Корабли противника, казалось, вздрогнули от неожиданности. Дернулись конуса радарных антенн, звездолеты начали разворачиваться наиболее защищенными частями к внезапно появившейся цели.

– Всем боевым кораблям в окрестностях Эстеи! – Голос старого адмирала грохотал во всех радио– и грави-диапазонах, глуша несущие частоты и подавляя радары. – Я адмирал Криспус. Приказываю всем оставаться на местах. Любое движение орудийных башен или изменение курсов ваших кораблей будет считаться нападением на гридерский флот и караться уничтожением.

– Из какого пыльного склепа вы выпрыгнули, адмирал? – с издевкой поинтересовался чей-то голос. Криспус без труда определил, что сигнал идет с самого большого звездолета, застывшего, подобно могучему утесу, на приличном удалении от Эстеи. – Я изучал ваши блестящие операции еще в школе и всегда думал, что вас давно похоронили с почестями.

– Кто говорит?

– Генерал третьей ступени Демс. Я командую имперской эскадрой, а с недавнего времени и орбитальными крепостями Эстеи. Чем могу помочь, адмирал?

В жилах Криспуса вскипела гордая кровь древних гридеров.

– Послушай, амеба.