– Б-благодарю, – хрипло пробормотал он.

    – Не за что, не за что, – игриво ответил Герцог, отставляя бокал. – Как себя чувствуете?

    – Гораздо лучше, спасибо, – ответил Сидор и снова обратил взор на Дарью: – Госпожа, я уповаю только на вашу защиту и поддержку.

    – Вы получите то, о чем просите, – сказала Дарья. – Но с одним условием. Вы должны все мне рассказать.

    – Ничего не утаю! – клятвенно воздел руки Сидор. – Как на духу, госпожа, как на духу!

    – Слушаю вас, – кивнула Дарья.

    – Я журналист, – заговорил Сидор, и эти его слова прозвучали с некоторой гордостью. – Я всегда старался держать руку на пульсе событий родного города.

    – Это Щедрого?

    – Да, Щедрого. Если вам известен этот маленький российский городок…

    – Известен вполне. Продолжайте.

    – Когда она приехала к ней, я поначалу не обратил на это событие внимания. И только потом догадался: да ведь это они, они!..

    – Погодите. Кто такие эти ваши таинственные «они»? Внесите ясность, Сидор.

    – Да ведьмы! Молодая – Юля Ветрова, постарше – наша известная колдунья Анна Гюллинг. Юля Анне Николаевне племянницей вроде бы приходится, ну я и стал за ней наблюдать…

    – Зачем?

    – Так интересно же! Молодая ведьмочка, симпатичная, приехала в наш город. Что она будет делать, чем займется. Как ее ведьмовство проявится… Я, – добавил журналист с тихой горечью, – книгу хотел написать. О российском оккультизме.

    – Ну и что же, – сказала Дарья. – Писали бы свою книгу, сейчас все пишут, такое поветрие…

    – Так ведь бес! – взвизгнул Сидор Ахашкин.

    – Какой бес?

    – Который меня попутал. Смутил. И в меня вселился!

    – Стоп. Давайте разберемся: бес вас попутал, смутил или все-таки в вас вселился? Нам это действительно важно знать…

    – Сначала попутал, а потом вселился, – заявил Сидор. Спокойствия на его лице как будто и не бывало, глазки бегали, губы нервно шевелились.

    – Так не бывает, – сказал Герцог, старательно пряча улыбку и наливая Акашкину еще бокал вина.

    – Бывает. Со мной бывает, – отринул все возражения Акашкин и осушил бокал.

    – Ну хорошо, – терпеливо заговорила Дарья, украдкой массируя живот – сидеть было тяжеловато. – Допустим, так все и было. Но почему вы обратились в ОВС за помощью и, цитирую, предоставлением идеологического убежища?

    – Потому что мне страшно, – пугливо клацнул зубами Акашкин. – Потому что я ведьму сжег. Эту. Юлю Ветрову. То есть не я лично сжег, а сидящий во мне бес, но это все равно, все равно… И теперь она хочет меня уничтожить!

    – Кто?

    – Ведьма. Сожженная ведьма.

    – Сидор, в вашем сознании переплелись реальность и вымысел. Во-первых, судя по доставленному мне из Щедрого отчету, вы никого не сжигали. Юля Ветрова добровольно прыгнула в костер.