– Или из Италии, где он будет наживать капиталы на сардинах, – добавил Чед. – Никогда невозможно предугадать, что выкинет Сэм. – Он вышел, чтобы повесить шляпу и пальто, затем вернулся и протянул руки к огню. – Я подумал, что мы можем пожениться в предрождественскую неделю, если ты согласна, Кейси. Это позволит вовремя огласить наши имена в церкви. После Рождества мы используем каникулы для подготовки игорного дома, чтобы пригласить первых посетителей в середине января.

– В агентстве обычно сразу после Рождества нечего делать, – согласилась Лайза, – так что я закрою его на неделю, и смогу поехать в город с вами, чтобы помочь.

– О, благодарю тебя, Лайза, – облегченно вздохнула я.

– И я, – сказал Чед и поцеловал сестру в щеку. – Ты займешься приготовлениями к свадьбе, сестренка? Конечно, чтобы все прошло очень тихо, только для четверых. Надеюсь, Сэм вернется и будет моим шафером. Что касается регистрации, я думаю, что Кейси лучше будет записать как сироту, родители которой неизвестны. Если будет нужно, это может подтвердить сестра Клэр. – Он взглянул на меня. – Ты не возражаешь?

Я покачала головой.

– Меня это вполне устраивает.

– Нам понадобится посаженный отец для Кейси, – сказала Лайза.

– Мистер Поттер не подойдет для этой роли? – предложила я.

– Поттер? – Чед был озадачен.

– Старик мистер Поттер, который помогает нам в агентстве, – напомнила Лайза. – Да, я уверена, что он согласится. Он очень полюбил Кейси и всячески отмечает ее. – Она сурово посмотрела на брата: – Чед, ты заверил Кейси, что освобождаешь ее от обязанностей, как только она этого потребует?

– Конечно. Я клянусь в этом.

Весь вечер мы обсуждали новое предприятие Чеда и строили планы. Было странно думать о том, что вскоре он станет моим мужем, по крайней мере, по фамилии, но я ни ощущала ни смущения, ни сомнения. У меня гора свалилась с плеч: я могу больше не опасаться ухаживаний Сэма Редвинга.

Сэм не приехал ночевать ни в ту ночь, ни на следующую. Лайза с Чедом не высказали озабоченности, но я начала сильно волноваться, поскольку полагала, что на этот раз его внезапное исчезновение было вызвано не какой то причудой, а оглашением нашей с Чедом помолвки.

В ночь на вторник я легла спать в очень расстроенных чувствах. В два часа ночи я вдруг проснулась, разбуженная каким то необычным звуком. Для Чеда, возвращающегося из клуба, было слишком рано. Я зажгла лампу, надела халат и пошла в холл. Из комнаты Лайзы не доносилось ни звука, но меня это не удивило: я спала необычайно чутко и знала это. Годы, проведенные в море, привили мне привычку спать как моряк: в полглаза, прислушиваясь ко всему, что отличается от привычного шума и движения.

Я подумала, что, возможно, вернулся Сэм, и прислушивалась. Я различила слабый звук, похожий на звук чего то тяжелого, что волочится по полу. Я вернулась в свою комнату, чтобы взять зажженную свечу в подсвечнике и спустилась вниз, где были комнаты Чеда и Сэма. Я свете свечи я увидела Сэма Редвинга, который медленно полз на четвереньках к своей комнате.

Я подбежала к нему, поставила свечу и упала рядом с ним на колени.

– Сэм! – прошептала я в ужасе. – Ты ранен? Что случилось?

Он повернул голову и недоуменно посмотрел на меня через полузакрытые веки, красные и воспаленные.

– О… это наша маленькая Кейси… – пробормотал он. – Сейчас, сейчас… иду спать, Кейси, девочка. Сэм идет баиньки… Спать.

– Сэм, ты же пьян!

Он скривил рот, пытаясь, как я поняла, подмигнуть мне – но сдался, не одолев этого усилия, и сказал:

– Клянусь. Пьян. О'кей, пьян как сапожник, черт возьми.

– Довольно! – в ярости прошептала я.