Попытка изнасилования — слишком серьезный проступок, совершенно недопустимый для человека чести. Теперь, если я начну вести с ним дела, то на меня начнут коситься, ведь в нашем квартале все знают все обо всех. И получается, что придется его наказать. Не убить, нет, убийство — слишком жестко, но напасть, отметелить, переломать все кости — это да. Короче говоря, это задание не только на лояльность, но и на авторитет.

— Я понял тебя, Фабиано, — кивнул я. — Я займусь этим сегодня же. Ублюдки, которые посягнули на честь твоей сестры не уйдут без наказания.

Съездим сегодня же, разберемся. Я ведь не только деньги с них дою, я еще и за порядком присматриваю. Не думаю, что проблемы будут, но на крайний случай можно было бы привлечь кого-нибудь из людей Джо. Вот сейчас, кстати говоря, помощь Джулиани могла бы пригодиться.

Принимаю квест, киваю НПС.

— Не волнуйся. Можешь идти, завтрашнее утро эти парни встретят в больнице.

— Спасибо, мистер Бомпенсьеро, — низко поклонился хозяин книжного. — Я знал, что о вас говорят неправду, что на самом деле вы — человек чести.

— Что? — поднял я на него взгляд. — А что обо мне такого говорят?

— Ну… Я думал, вы и так об этом знаете…

— Да говори уже прямо, — попросил я. — Кто и что обо мне такого говорит?

— Рассказывают, что вы убили Фредерико, старого барбера. Он, конечно, был сварливым стариком, но люди все равно считают, что он не заслужил такой участи.

— Хорошо, я понял. Можешь идти.

Значит слухи о барбере уже разошлись. Труп полиции все равно не найти, уборщики свое дело знают, а нет тела — нет дела. Правда, заведение теперь стоит пустым. Кстати говоря, не выкупить ли мне еще и его? Площадь там небольшая, так что денег должно хватить, а открыть там… Да хоть что можно открыть, хотя бы и ту же букмекерскую контору…

Дверь снова открылась, и в помещение вошел совсем молодой парень, на вид лет четырнадцати. Он был одет в рабочую куртку с длинными полами, и кепку, которую при входе в помещение, стащил. Да уж, странную одежду раньше шили для детей, по сути такую же, как для взрослых, только размерами меньше.

— Мистер Бонпенсьеро? — спросил парень. — Я пришел поклониться вам от своего отца. Мы переезжаем в ваш район, собираемся открыть здесь аптеку. Отец сказал, что если вам что-то понадобится, то вы всегда можете обратиться к нему. А еще он передал вам вот это.

Он положил на стол конверт. Я заглянул внутрь, там лежали деньги. Немного, четыре пятидесятидолларовые купюры.

— Как тебя зовут, малец? — спросил я.

— Пьетро, — ответил он. — Пьетро Феделе.

— Хорошо, Пьетро, — кивнул я. — Значит, твой отец хочет быть моим другом?

— Это было бы для него высшей честью, — парень поклонился.

— А чего тогда сам не пришел? — прищурился я. — Почему тебя послал?

— Ремонт, мистер Бомпенсьеро, — ответил парень. — Очень много разных дел, за рабочими постоянно глаз, да глаз нужен. Но он готов платить вам долю, знает, как идут дела в этом районе. Так что не беспокойтесь, он очень вас уважает.

— Хорошо, — я кивнул. — Если так, тогда хорошо.