— Закончил? — кратко спросил он.

Фендрель не ответил, сложил детрудос. Он и его два товарища-эвандерианца теперь должны были отыскать след.

Пока герцог и принц ждали, трое венаторов обошли барьер. Хоть они старались, они не могли уловить след. Только якорь в центре развалин продолжал пульсировать магией.

Наконец, они встретились у разбитых ворот, уставшие, голодные, недовольные. День быстро наступал, тени от обломков камней удлинялись.

— Я делал это неделями, — сказал Террин, сев на камень, уперев локти в колени. — Каждый раз, когда я слышал о ведьме или находил след, она уже уходила к тому времени, как я добирался туда.

Фендрель мрачно кивнул. Так Инрен сбежала от него в прошлый раз, украв тело Фейлин. Она оставляла якоря в умных местах и быстро переносилась в другие места, не оставляя следов. Ее было невозможно поймать, если только не знал, где был якорь, и не оставлял ловушку. Но даже так она должна была вернуться к якорю по своей воле, или ловушка была бесполезной.

— Она не вернется сюда, — сказал Фендрель, глядя на развалины. — Она знает, что нельзя.

— И что? — осведомился Герард. — Мы просто… сдаемся?

Все посмотрели на принца. Никто не говорил.

— Мы знаем, что она была тут. — Герард покачал головой, лицо было странно мрачным. — Мы близко. Я знаю! Мы не можем ее бросить!

— Бросить? — герцог фыркнул, хотя в голосе была боль. — Ты снова думаешь о Фейлин. Это не Фейлин. Это Инрен.

Герард повернулся к герцогу, сжимая кулаки, и на миг Фендрель подумал, что он начнет биться. К счастью, он передумал. Принц отвернулся, выругался и посмотрел на руины, словно мог силой воли вызвать ведьму появиться там.

— Сэр? — сказала венатрикс Эверильд Фендрелю. — Какие приказы?

Фендрель вздохнул и потер рукой лицо. Грудь болела от порезов, и использование тени для очищения ночью забрало у него больше сил, чем он хотел признавать.

— Мы установили Барьер, — сказал он. — Без следа мы ничего больше не можем. Пора вернуться в Дюнлок и проверить, есть ли новости у Даклета и ду Ги.

Герард выругался и, ничего никому не сказав, пошел по обломкам Королевской дороги к лошадям. Террин быстро взглянул на Фендреля и поспешил за принцем. Фендрель последовал медленнее, с ним — Эверильд и Дальдреда. Он ощущал странную тяжесть на сердце. Он знал, что было глупо думать, что они поймают Инрен, часть него надеялась. Было бы хорошо изгнать эту захваченную тенью из этого мира раз и навсегда. А ему — избавиться от стыда.

Все лейтенанты Жуткой Одиль, которые продолжали существовать, были риском. Они были верны королеве. Они отдали бы все, чтобы вернуть ее, чтобы она снова правила ими как восхитительная богиня.

Они вернули бы ее из мертвых, если бы могли.

Мир вокруг Фендреля потемнел, тучи надвинулись на солнце. Казалось, его мысли согнали тучи. Впереди Герард и Террин были на вершине холма, уже на лошадях ждали, пока трое других догонят их.

Отряд ехал в тишине, подавленный, к главной дороге из Дюнлока. Путь будет долгим, и они смогут все обдумать, что не сделали, что могли не делать. Фендрель предпочитал не думать о таком. Инрен еще покажется. Скоро. Она не уйдет в этот раз, как четыре года назад. Он…

— Принц Герард! Ваше высочество!

— Кто это? — пробормотал Дальдреда рядом с Фендрелем.

Фендрель прикрыл глаза, посмотрел на дорогу и увидел тощего юношу на коне.

— Биллин? — крикнул Герард и ускорил своего коня, поспешил к всаднику.