|
Эльфов я знаю, есть такие. И знаю орков, такие тоже есть. Эльфы служат Каири Нуру, орки – Двуликой, и те, и другие дружны с духами гор и лесов. Не с нами, а с теми, кто существует под небом. Ты говоришь, что двое из них воплотились, чтобы… – он буркнул себе под нос нечто, похоже, малопристойное, – чтобы родить тебя. В это я верю, это объясняет, почему в тебе нет ни света, ни тьмы, или свет и тьма смешаны в равной пропорции. Но для чего ты был… рожден? С какой целью? Зачем ты рядом со Змееборцем? Он – клетка для голодного Ничто, закованная в металл Пустота, плоть необходима ему, потому что в нем нет духа. А ты – смешение сразу двух Сил. Тебя зачали и родили, специально для Змееборца, в этом нет никаких сомнений, но какова твоя задача?
– Вообще‑то, я старше, – сказано было явно не то, Йорик и сам понял, что брякнул глупость. Но задавать вопросы, сейчас и здесь… нет, только не за спиной у самого де Фокса. А ведь тот наверняка понятия не имеет, о чем бредит его приятель‑гном. – Старше кого? – почти с жалостью уточнил мийстр Крида, – ты – трехсотлетний воплощенный дух. А Змееборец – ровесник мироздания. И, кажется, я понимаю, зачем ты к нему приставлен, – гном смотрел сквозь Йорика, как будто за спиной у того невнятные идеи воплощались в мысли, – ты призван сдерживать его, сбивать с толку. Ты – обманка, Йорик Хасг, малая вселенная, в которой Закон соблюдается всегда, потому что две Силы в тебе связаны плотью и не способны уничтожить одна другую. А Змееборец видит только тебя, он не хочет видеть ничего другого, и он не гневается, пока Закон соблюден. Да. Это так. Задумка хороша, – грайтен покачал головой, и угрюмо вцепился пальцами в бороду, – задумка хороша. Но, помни, Йорик Хасг, если обман откроется, ты будешь первым, на кого обрушится гнев Змееборца. Будешь первым, кого поглотит его Пустота. Берегись. Рано или поздно, Меч уничтожит тебя.
* * *
– Ты, это, Капитан… – Краджес неловко покривился, но синие глаза бестрепетно смотрели в лицо Йорику. – Я, может, слышал лишнее… А, может, то, что нужно было, как раз и услыхал. Оба вы нелюди. И Серпенте твой непонятный. И ты сам. Дух или бог, я уж и не знаю. Я тебе служу. Мы все тебе служим, мы за тобой идем, тут ты не сомневайся. Но, Капитан, я спросить хочу. Можно? – Спрашивай, – разрешил Йорик. Они с лейтенантом на какой‑нибудь десяток шагов отошли от мастерской грайтена. И сейчас Краджес заступил дорогу, смотрел снизу вверх. Хмурый и упрямый. – И спрошу, – он кивнул сам себе. – Что вам от нас нужно? – От вас? – От людей, – объяснил Краджес, и в голосе его не было ни намека на сомнение. – Зачем вы влезли в наши дела? Чего вам не сиделось в своих зачарованных краях, или откуда вы явились? – Я полагаю, лейтенант Краджес, тебя интересует не то, почему нам не сиделось на родине, – как можно прохладнее уточнил Йорик. – О каких «ваших делах» идет речь? Куда мы, по‑твоему, влезли? – Если бы не твоя служба Лойзе, – Краджес до градуса скопировал лед в голосе командира, – не случилось бы ничего. Так я думаю, Капитан. Сейчас все мы расхлебываем кашу, которую ты заварил. И я хочу знать, это просто забава для вас, бессмертных духов? Или вы ищете крови, потому что жрецы стали приносить не столь обильные жертвы? Или вам, как встарь, захотелось человечины? – Ты что, на беса сел? – сказать, что Йорик был озадачен, значит, не сказать ничего. – Какая кровь? Какие жертвы? Ничего мне от вас не нужно, только лишь вернуть порядок на эти земли. И я уйду, как только здесь установится мир. |
