Я не могу больше думать. Мой мозг убежден, что все это не по-настоящему. Это просто сцена из фильма, в котором я каким-то образом получила главную роль. Но вот Гаррет опять заговаривает, и я возвращаюсь в реальность.

— Ройс, не надо. Я умоляю вас. Я увезу ее в другую страну. На другой континент. Вы больше никогда о нас не услышите.

Гаррет в полном отчаянии глядит на меня. Я знаю, он пытается придумать, как спасти нас обоих, но ничего сделать нельзя. В студии мы как в ловушке.

Мы оба переводим взгляд на Синклера. Тот поднимает пистолет и направляет его на меня.

В момент, когда раздается выстрел, Гаррет оказывается передо мной. Он толкает меня на пол, и я слышу еще один выстрел.

Звук такой громкий. Оглушительно громкий.

А потом воцаряется тишина.

Гаррет на мне. Я приподнимаю голову и вижу, что Синклер лежит лицом вниз на полу. Потом слышу шаги. Кто-то вбегает в комнату. Мистер Кенсингтон. С пистолетом в руке.

— Гаррет! Джейд! Вы целы? — Он кладет пистолет на книжную полку и опускается около нас на колени.

— Да, — кое-как отвечаю я. — Гаррет, слезь с меня. — Он не шевелится. — Гаррет. — Я берусь за его плечо и вижу, что его футболка промокла от крови. И я сама вся в крови.

— Нет! — кричу я. — Помогите ему!

Мистер Кенсингтон осторожно снимает сына с меня и кладет его на спину.

Я быстро сажусь.

— Сделайте что-нибудь! Вызовите скорую!

Отец Гаррета разрывает на сыне футболку. Кровь льется из раны в верхней части груди, немного ниже плеча.

— Пожалуйста! Сделайте что-нибудь! Скорей! — Меня всю трясет, сердце колотится с такой скоростью, что трудно дышать.

Мистер Кенсингтон поднимает лицо. Он очень спокоен. Как, черт побери, он может сохранять такое спокойствие?

— Джейд, я хочу, чтобы ты взяла себя в руки. Только так ты сможешь помочь. У Гаррета сильное кровотечение. Нужно, чтобы ты надавила сюда. — Он берет мою руку и кладет ее на место, куда вошла пуля. — А я схожу в соседнюю комнату и вызову помощь. — Он встает и уходит.

Я делаю, как сказал мистер Кенсингтон — нажимаю на верхнюю часть торса Гаррета. Мою ладонь заливает кровь, она струится сквозь пальцы. Крови много. Так много. И остановить ее я не могу.

— Все будет хорошо, — говорю я, хоть Гаррет и не слышит меня. Но он всегда говорит мне эти слова, и сейчас, когда он без сознания, я говорю их за нас обоих.

Я нажимаю на его грудь еще сильней, но кровь не останавливается. Почему она не останавливается?

— Гаррет, ты обещал остаться со мной навсегда, если я того захочу. — Я продолжаю разговаривать с ним, по моему лицу льются слезы. — Так вот, я хочу этого, так что не покидай меня. Я хочу, чтобы мы были вместе. Всю жизнь. Очень хочу.

Мистер Кенсингтон прибегает назад с полотенцем. Я отодвигаюсь, и он снова садится на колени около сына и прижимает полотенце к его груди.

— Помощь уже в пути. — Он смотрит на меня очень пристально. — Джейд, послушай меня. Послушай очень внимательно. С Гарретом произошел несчастный случай. Он чистил пистолет, но не знал, что тот был заряжен. Вот, что здесь случилось. Ты поняла меня?

— Но… почему вы не хотите рассказать полиции правду?

— Полиция не приедет. Я сказал это на случай, если тебя когда-нибудь спросят о произошедшем. Никакого другого варианта истории ты не знаешь. Теперь ты поняла меня?

Я молча киваю, стряхивая с лица струящиеся по нему слезы.

— Гаррета заберут не парамедики. И его увезет не скорая, а фургон — мобильная медицинская станция с командой врачей. О нем позаботятся. Он будет жить.

— Откуда вы знаете? — Я опускаю глаза. Из груди Гаррет продолжает течь кровь.