|
– Улыбка Стива была немного печальной. – Я не обижаюсь, но, с моей точки зрения, это звучит так же, как слова Дика. Сейчас такая ситуация, в которой многие считают, что стоит сменить "крышу", и все местные проблемы исчезнут. Другие же полагают, что это лишь ухудшит ситуацию, только немного позже. Нужно быть хорошими ребятами, а не говорить, что мы хорошие ребята. Перестать играть в честную политику и заняться сотрудничеством. Перестать перекупать боссов и начать помогать рядовым. Мы специалисты. Мы пишем доклады. Может быть, сейчас нас немного встряхнуло. Потребуется время, и придется пожертвовать многими убеждениями. Это не вопрос морали, – уверил он Трента, как будто не вопрос морали – делать все нормально. – Мы пытались устроить все другим способом, но ничего не получилось.
Он кивнул в сторону дремавшего мексиканца. – И Пепито, и ты, и я боремся с терроризмом. Мы ловим бандитов, вынуждаем кого-нибудь застрелить их вместо того, чтобы застрелить нас, иногда сами их убиваем. Таким образом мы создаем новых мучеников, а сами становимся новыми террористами. Другой путь – попытаться искоренить причины, вызывающие терроризм. Речь не о том, что нам не следует больше ловить этих сукиных детей. То, о чем я говорю, – долгосрочные меры. Сродни ирландским проблемам, и именно поэтому я дал тебе свой телефон. – Да, – ответил Трент, потому что как раз об этом он тогда и говорил. Он был согласен со Стивом, что вовсе не означало, будто он верит американцу и ему хочется быть вовлеченным в эту мышиную возню с разведывательной деятельностью – в то, что ему закрытым текстом предлагал Стив. Если это, конечно, не ловушка. Ведь ситуация могла измениться в зависимости от результата, и американец сориентируется, чью сторону ему принять, а Трент окажется в опасности. – Да, – повторил Трент, так как и Стив, и мексиканец молчали. "Да" – вполне безопасная реакция. А так как Тренту нужна была помощь, он добавил: – Я согласен. – Ну что ж, прекрасно. – Стив просиял. – Мы с Пепито – холостяки и порой решаем немного поразвлечься там и сям, – продолжил он. – Иногда Дик знает об этом, иногда – нет. Это зависит от того, хотим ли мы с Пепито докладываться. Я должен возвращаться домой, но Пепито тебе все покажет. Канкун – его родной город. Потребуется помощь, звони. Понадобятся крепкие ребята – помашешь желтым платком, чтобы они не прострелили спину. – Он кинул Тренту желтый шелковый носовой платок. – До встречи… Стив не сказал, что это за ребята. "Все слишком чисто и аккуратно", – подумал Трент. Он прошелся по холлу и проводил "фольксваген" взглядом. Когда Трент вернулся в гостиную, Пепито открыл один глаз, а немного погодя – и другой. Продолжая улыбаться, он встал с кресла и неуклюжей походкой вышел через черный ход. Подойдя к джипу, он постучал пальцами по капоту машины; из кустов вылез доберман и по-хозяйски запрыгнул на заднее сиденье. Пепито кивнул Тренту на место рядом с собой Л завел мотор. Развернувшись, они подъехали к мотоциклу Трента, хотя Пепито даже не спросил, где тот его оставил.
*** Трент поехал вслед за Пепито к портовой бухте. Около причала, в конце которого стояла "Золотая девушка", слонялся худощавый мускулистый мексиканец. Пепито припарковал джип около трапа. На крыше кают-компании катамарана загорал мальчик. Правая рука была прикрыта большим полотенцем. Возможно, мальчик держит пистолет. Трент пока не видел реальной угрозы, но Пепито, очевидно, считал иначе, раз выставил около катамарана наблюдение. Рядом с "Золотой девушкой" стояла моторная лодка – из тех, с которых удобно нырять. |
