– Проверьте Аурию Рокко еще раз. Она выложила двести тысяч долларов за фрахтовку "Золотой девушки", – попросил Трент.

У О'Брайана высоко поднялась бровь, видно, он давно так не удивлялся:

– А я-то принимал вас за странствующего рыцаря, мистер Трент, а вы оказывается все это время работали мозгами. Назовите мне банк и адвоката, и я сразу примусь за дело.

Приветливый официант принес им крабов и пару холодного пива на подносе. О'Брайан поблагодарил его с присущей ему вежливостью.

– Вы любите чернокожих, мистер Трент? – спросил он.

Трент чистосердечно признался, что никогда не задавал себе подобного вопроса. Действуя в подполье, он всегда судил о людях по тому, в какой мере они могут поставить его в опасное положение, а совсем не по тому, нравятся они ему или нет.

– Прекрасно, значит вы сможете приспособиться, а это важно, если вы намереваетесь здесь жить, – заключил О'Брайан. – Я спросил вас об этом потому, что некоторые из новичков, поступающих в наше ведомство, не доверяют туземцам, а это сразу бросается в глаза. Дело в том, что коррупция здесь совершенно такая же, как в Вашингтоне. Но здесь, среди всеобщей нищеты, для этого больше причин. За долгие годы я нашел здесь немало близких друзей – людей, дружбой с которыми я горжусь. Никто из них никогда не предавал меня, и я не предал никого из них. Как я уже говорил однажды в доме мисс Мэри, я понимаю, что вы, после того что вам пришлось пережить, не сможете сразу довериться мне, да я и не жду. Мне еще предстоит заслужить ваше доверие. Но в данном случае я назову вам имя человека – и это совсем другое дело. Вы отвечаете за него собственной жизнью. Нам предстоит работать вместе, прошу иметь это в виду.

– Спасибо, – откликнулся Трент. О'Брайан тихонько рассмеялся.

– Мы с вами заключаем нечто вроде брачного союза, мистер Трент, а брак – это трудное дело.

Глава 10

В три часа пополудни, отменно закусив, Трент плыл на надувной лодке "Зодиак" вдоль береговой линии и искал глазами красную рыбацкую лодку. О'Брайан поручил ему встретиться с человеком, у которого есть магнитометр. Встреча должна была состояться на десять морских миль южнее бухты Фреш Крик.

– Вы выставили себя в качестве приманки, а он – местный полицейский, мистер Трент. Поэтому вас не должны видеть вместе – это может кое-кого спугнуть.

Вскоре Трент заметил на песке у берега красную плоскодонку. Вытащив свою надувную лодку на берег, он увидел лежащего в тени пальмы туземца. Лицо его было закрыто широкополой шляпой с обмохрившимися краями. Поношенные хлопчатобумажные шорты – они были бы тесны и для мальчишки, на багамце висели мешком. Тренту еще никогда не доводилось видеть такого тощего и абсолютно черного человека. От высохшей морской соли на ребрах образовались разводы, как на контурной карте, а длинные пальцы напоминали высохшие водоросли. Он с любопытством разглядывал Трента большими, глубоко посаженными темными глазами.

– Мистер Трент? Я – Скелли. Меня так все называют, – сверкнул он белозубой улыбкой и заговорил по-английски с местным акцентом, чуть смягчая гласные. Когда он отгонял муху шляпой, Трент увидел его лысую, а возможно, бритую наголо голову. Что касается возраста, то ему можно было дать от восемнадцати до восьмидесяти.

Упершись ладонями в песок, Скелли сел, подтянув колени. Постепенно выпрямляясь, он поднимался все выше и выше, как джин, выпущенный из бутылки, и, наконец, выпрямился во весь свой двухметровый рост.

– Как видите, меня нетрудно опознать, мистер Трент, – сказал он с улыбкой, и в глазах его засветилась мягкая ирония… – Поэтому мистер О'Брайан и настаивал, чтобы мы встретились за городом.