— Скорее всего, южное… — Сэм вскинул бинокль и принялся изучать горизонт. — Видишь свет маяка?

— Вообще-то да. Вон он, — ответила, указывая, она. Сэм проследил за ее протянутой рукой. — Погоди-ка…

Прошло несколько секунд, и в темноте мигнул одинокий белый огонек.

— Мили две отсюда, не больше, — сказа! Сэм. — Что ж, значит, мы в игре.

Спустя десять минут они уже полным ходом плыли на север, на этот раз стараясь внимательней следить за шумом разбивающихся об утес волн. Сейчас, во время вялого прилива, вода прибывала медленно, покатыми волнами, но Сэм и Реми ни на миг не расслаблялись, помня, что слева ждут острые камни. Прилив не прилив… но никто из них не хотел снова оказаться в этом смертельном водяном лабиринте.

Через полчаса Сэм приглушил мотор. Реми обернулась, в ее глазах горел вопрос. Сэм поднес сложенную ладонь к уху, указал вперед и шепнул:

— Лодка.

Спереди, из тумана, донеслось рокотание мощного двигателя — судя по звуку, судно проплывало слева направо. Затрещало радио, и металлический голос что-то произнес. Ни Сэм, ни Реми не разобрали слов.

Прошло десять секунд.

Справа от них в дымке вспыхнул и заскользил по воде луч прожектора. Обшарив пляж, луч погас, и катер стал удаляться в противоположную сторону.

— Охрана Бондарука? — прошептала Реми.

— Или береговой патруль, — ответил Сэм. — Ни на тех ни на других лучше не нарываться. Будем надеяться, что это люди Бондарука.

— В смысле?

— Если бы нас заметили, они бы прислали как минимум несколько лодок.

В течение следующего часа Сэм и Реми плыли на север вдоль берега, играя в кошки-мышки с загадочным патрульным катером, который все еще крутился где-то рядом, невидимый за пеленой тумана. Они то и дело слышали урчание двигателя; прожектор загорался, обследовал воду и вновь исчезал. Три раза Сэм использовал троллинговый мотор и медленно ускользал от шарящего по воде луча.

— Они действуют по графику, — сказала Реми. — Я засекала время.

— Будем знать, это может пригодиться, — ответил Сэм. — Постарайся запомнить их маршрут.

— Это точно люди Бондарука. Береговая охрана не стала бы крутиться на одном пятачке.

— Разумно.

Через несколько минут шум мотора снова стих вдали, Сэм вернулся на намеченный курс, и вскоре справа, высоко на вершине утеса, показались огни. Реми сориентировалась по маяку.

— Это Хотын, мы почти на месте.

Реми устроилась на носу, вглядываясь в даль и исполняя роль штурмана. Сэм повернул к берегу. Рука Реми взметнулась вверх, показывая «влево». Сэм внес поправки в курс, и как раз вовремя — по правому борту из тумана материализовался отвесный берег утеса. Сэм развернул плот и поплыл вдоль берега.

Гул установленного на плоту мотора зазвучал иначе, отражаясь от скал; они проплывали под аркой образованного эрозией моста. Из рисунков и чертежей поместья Фарго знали, что это сквозной туннель с множеством пещер, примерно восемьдесят футов в высоту и двести ярдов в ширину, который тянется на сто ярдов параллельно берегу. Достаточно большой, чтобы вместить средних размеров круизный лайнер.

— Придется рискнуть и зажечь фонарь, — прошептал Сэм.

Реми кивнула и, достав из кармана конусовидный фонарик, стала водить лучом под сводом «моста».

— Вот сейчас-то мы и поймем, не обмишурил ли нас Богуслав… — сказала Реми. Не успели эти слова сорваться с ее губ, как она подхватила: — Ага… сама напросилась. Людям надо верить.