— Я всегда знал, что ты заставишь меня попотеть, — пробормотал он, целуя ее. — Теперь я убедился, что ты собираешься тиранить меня даже в постели. Тебе повезло, милая, ведь я такой покладистый, такой обходительный. Я всегда готов к любым услугам.

— Я слышала, что крайности сходятся.

Кинкейд с нетерпением посмотрел на входящего в кабинет Хэтча:

— Итак?

— Только что я получил подробное досье на Эймс и Куаррела. Эймс не представляет ровно никакого интереса, самая обычная хозяйка крошечного кафе в таком же крошечном. Богом забытом городишке. Зато фигура Куаррела оказалась гораздо любопытнее. Он ни много ни мало доктор истории с громкой репутацией бесценного консультанта частных коллекционеров.

— Какого рода консультации? — нахмурился Кинкейд.

— К нему часто обращались с просьбой подтвердить аутентичность вещи, назначенной к продаже. Похоже, Куаррел обладает так называемым даром прикосновения. Он ни разу не ошибался. Пять лет назад Куаррел неожиданно оставляет преподавательскую работу и начинает скитаться по разным странам. Он сменил дюжину мест, проехал от Таити до Мехико, а теперь вот моет посуду у Эймс.

Какое-то время Кинкейд сидел молча, переваривая полученную информацию.

— Итак, посудомойщик с прошлым крупного музейного эксперта вхож в дом одинокой Кейтлин Эванджер. Любопытно. Весьма любопытно.

— По моей просьбе детективы навели справки в минеральной здравнице Секуенс-Спрингс. Эймс находится в приятельских отношениях с владельцами курорта, кроме того, у агента сложилось впечатление, что и Эванджер очень сблизилась с ней. Приглашение погостить было адресовано прежде всего Верити Эймс, но ей вздумалось взять с собой и своего любовника. — В этом месте Хэтч снисходительно пожал плечами.

— Эймс общалась с Эванджер до появления Джонаса Куаррела?

Хэтч быстро перелистал свои бумаги:

— Нет, сэр. По крайней мере в отчете нет никаких указаний на этот счет.

— Подведем итог. Знаменитая художница ни с того ни с сего заводит дружбу с жалкой хозяйкой маленькой забегаловки, любовник которой когда-то был известным экспертом музеев и частных коллекционеров.

— Это еще не все, сэр.

— Я слушаю. — Кинкейд быстро обернулся к секретарю.

— Как выяснилось, Джонас Куаррел сейчас выступает в роли представителя неизвестного лица, желающего как можно скорее продать роскошную пару дуэльных пистолетов.

Кинкейд задумчиво переплел пальцы.

— Он уже связался с музеями?

— Нет. В отчете говорится, что все решается частным путем и без лишней огласки.

Кинкейд задумался.

— Я хочу лично побеседовать с этим Куаррелом. Мне необходимо прощупать его. Возможно, он совершенно безвреден, но нельзя забывать, что этот человек каким-то образом сблизился с Эванджер, которая не пускает на порог даже своих коллег по цеху. А что, если Куаррел каким-то образом вовлечен в продажу» Кровавой страсти «?

— Но как? — наморщил лоб Хэтч.

— Откуда я знаю, — пожал плечами Кинкейд. — Например, он может выступать от лица покупателя, занимающего очень высокое положение в обществе. Да-да, ведь в противном случае этот прощелыга никогда не появился бы в доме нашей великой отшельницы Не секрет, Хэтч, мне по карману любое финансовое состязание, но если в дело вовлечено нечто большее, чем деньги, я должен быть информирован с самого начала.

Встретившись с Куаррелом, я сразу выясню, занимается он покупкой» Кровавой страсти» или нет.

— Я понял вас, сэр, — спокойно ответил Хэтч. Он не испытывал особой симпатии к своему шефу, но не сомневался в том, что тот обладает особым талантом нащупывать слабые места своих противников и проникать в любые их тайны.