Тресслару потребовалось всего несколько секунд, чтобы осознать, что беззащитный пленник не рухнул со скалы, а лишь увернулся. Но эти мгновения оказались решающими. Джонас сильно замахнулся тяжелым, мокрым от дождя плащом и что было сил хлестнул им по руке Тресслара. В тот же самый миг дубина обрушилась ему на плечо.

И тотчас Джонас увидел знакомые очертания темного коридора. Он едва не застонал от ярости и отчаяния.

Только не это! Ведь сейчас он не мог ни на секунду отвлечься от реальности., . Но перед глазами его уже замаячил смутный образ, приобретающий очертания мужчины, падающего в пропасть с этой же самой скалы. Несчастный судорожно схватился за обломок ограждения, но гнилое дерево с треском подалось и упало под его тяжестью… Леденящий душу предсмертный крик вырвался из груди незнакомца.

Все это молниеносно пронеслось перед мысленным взором Джонаса, он не увидел больше ничего, но безошибочно догадался, что несчастный погиб насильственной смертью. Чьи-то зловещие, сатанинские чувства пронизывали всю сцену, и вот уже темные клубящиеся ленты жадно устремились навстречу Куаррелу.

Но в следующее мгновение дубинка соскользнула с плеча Джонаса и шмякнулась в слякоть. Он больше не медлил ни секунды. Продолжая хлестать своего врага мокрым плащом, Джонас с радостью понял, что ни на миг не прекращал этого занятия, несмотря на образы коридора. Да, теперь он стал намного сильнее! Странствуя в безднах подсознания, он одновременно активно действовал в реальности!

Удары плаща, конечно, не могли выбить пистолета из рук Тресслара, зато заставили его ненадолго отвлечься и потерять из виду свою мишень. Не давая преступнику опомниться, Джонас кинулся на него, пытаясь выхватить оружие.

Тяжелый кулачище Тресслара угодил в лицо Джонаса. Тот выдержал удар и едва увернулся от следующего — коленом в пах. Стиснув зубы, Джонас что было силы заломил руку, в которой убийца держал пистолет.

Тресслар заорал, но шум ливня и рокот прибоя поглотили его крик. Тогда он рванулся и едва не сбросил с себя Джонаса. Противники рухнули и, сцепившись, покатились по мокрой земле к противоположной части ограды, которая пока еще выдерживала свирепый натиск ливня и шквального ветра.

От соприкосновения с грузными телами перила дрогнули. Почувствовав, как угрожающе накренилось ограждение, Джонас мгновенно понял, что сейчас произойдет.

Он оторвался от Тресслара и стремительно откатился в сторону.

Мягкая почва начала проседать, столбы опрокинулись.

Дикий крик эхом пронесся по утесам, и Тресслар рухнул вниз, сжимая свой бесполезный теперь пистолет. Слабый огонек фонарика поглотила темная пасть океана.

Судорожно хватая ртом воздух, Джонас подполз ближе и заглянул вниз.

Тресслара больше не было. Только равнодушно шумел океан, вновь готовый принять новую жертву.

Джонас осторожно отполз от опасного места, вскочил на ноги и бросился к дому, скользя и спотыкаясь в грязи. Внезапно он вспомнил о своем ноже. Рукав сорочки был пуст. Нож бесследно исчез.

Джонас нерешительно остановился и оглянулся. Одного взгляда на черные скалы было достаточно, чтобы отказаться от поисков в кромешной тьме.

Когда Джонас подбегал к дому, знакомая фигура метнулась к нему от дверей.

— Куаррел! Слава Спасителю, я все-таки нашла вас!

— Тави? Где Кинкейд?

— О, затем я и разыскивала вас! Несколько минут назад он исчез, а вместе с ним пропала и Верити! Кейтлин до сих пор ничего не знает. Но я-то все видела, я глаз не спускала с этого негодяя! Боже мой, я сердцем чувствовала беду, я знала… Когда я не нашла и вас, я едва не сошла с ума, мне показалось, что все кончено… — На секунду женщина замолчала и включила фонарик.