— Пожалуй, я спрячу вас в вашей же комнате, — заявил Кинкейд. — По моей просьбе Тресслар заранее обследовал дом и выяснил, куда вас поместят. Так что до его прихода посидите у себя.

Он остановился перед дверью, повернул ручку и грубо втолкнул Верити в темную спальню. Девушка пошатнулась, неловко оступилась и ухватилась за столбик кровати, чтобы не упасть. Заметив, что Верити снова открыла рот, чтобы позвать на помощь, Кинкейд пихнул ее с такой силой, что она не удержалась и навзничь рухнула на кровать. Тяжелые бархатные юбки взлетели к коленям. Верити неистово рванулась, пытаясь подняться, и платье задралось еще выше, к самым бедрам.

Кинкейд отложил пистолет на ночной столик и обеими руками прижал к постели свою жертву. Он знал, что Верити еще не оправилась от удара по голове и не сможет оказать ему достойного отпора.

Но Верити никак не хотела смириться с собственным бессилием и бешено извивалась в его руках. Тогда Кинкейд навалился на нее всем телом и закрыл ей лицо подушкой.

Верити начала задыхаться… «Сейчас я умру, — пронеслось в ее туманящемся сознании. — Умру здесь, на этой ужасной постели. Кинкейд задушит меня… И Джонас тоже мертв… Мертв».

Она смутно отметила, что Кинкейд уже возбужден.

Мысль о том, что ее последние судороги доставляют ему сексуальное наслаждение, на какой-то миг придала ей сил, и Верити вцепилась ногтями в руки Кинкейда.

— Проклятие! — прошипел он, разъяренный ее слабым сопротивлением. — Прекрати это, или я убью тебя!

В эту секунду дверь с грохотом распахнулась, и яркий свет залил комнату.

— Нет, Кинкейд, это ты сейчас умрешь, — прозвучал неестественно спокойный голос Джонаса.

— Куаррел?! — Казалось, Кинкейд ожидал чего угодно, только не этого. Какое-то время он просто отказывался верить своим глазам. Потом стремительно оторвался от Верити.

Отшвырнув подушку, она судорожно перевела дыхание.

Потом заметила, что лежит на самом краю постели. Еще одно движение — и они с Кинкейдом рухнули бы на пол.

Джонас одним прыжком ворвался в комнату. Однако «

Кинкейд уже успел не только схватить свой пистолет, но и прицелиться в Верити. Джонас замер в изножье постели. Выражение лица его, больше чем когда-либо казавшегося выточенным из камня, было поистине страшно.

Кинкейд со свистом вздохнул:

— Еще один шаг, Куаррел, и я размажу ее мозги по стенке.

Верити быстро взглянула на него и поняла, что хотя Кинкейд и держит ее под прицелом, все внимание его занято только Джонасом.

— Где Тресслар? — бросил Кинкейд, вновь обретая самообладание.

— У подножия утесов, — все так же невозмутимо ответил Джонас.

— Ты лжешь!

— Неужели?

— Не представляю, как тебе удалось избавиться от него, ну да ладно. Поздравляю, Куаррел. Так вот, сейчас мы все трое еще разок прогуляемся к скалам. Пистолет я буду держать под плащом, но знай, Куаррел, твоя рыжая сучка будет у меня на мушке. Если кто-нибудь остановит нас, она первой отправится на тот свет. Ты хорошо меня понял? А теперь давайте пошевеливайтесь.

Верити мгновенно повиновалась, но, вместо того чтобы встать с постели, она просто пододвинулась к краю и грохнулась на пол. Снова взметнулись пышные бархатные юбки — это Верити подкатилась к Кинкейду и крепко схватила его за ногу. Он попытался отшвырнуть ее, но не устоял и тяжело рухнул на колени.

— Будь ты проклята, дрянь!

Но Джонас уже бросился на своего врага. Пистолет выпал из руки Кинкейда и завалился под кровать. Верити подхватила юбки, вскочила и отбежала подальше от сцепившихся мужчин. Отчаянно озираясь, она искала глазами пистолет.