— Ну не ругайся, солнышко, — ласково проговорил Серый, приобнимая её за талию. — Никто из нас ведь лучше тебя не готовит. Путь к сердцу мужчины…

Тут поток красноречия иссяк, лезвие ножа, прижатое к области гениталий, не способствует активному флирту. Впрочем, настроение у девушки было хорошим, так что причиндалам Серого вряд ли что-то угрожало.

— Почти сварилось, хватайте котелки.

Каша получилась отменной, хоть Жанна и старалась свести свою роль в готовке к минимуму. У девушки определённо был талант. Есть пришлось наспех, обжигаясь, поскольку темнело на глазах, скоро нужно будет заступать в караул. ПНВ я ещё никогда не использовал, надо будет расспросить подробно.

В карауле я стоял не один, с другой стороны периметр лагеря защищал Серый. Тоже с надетым на глаза прибором, превращавшим непроглядную тьму в относительно светлые сумерки, наполненные зеленоватым свечением. Присев на плоский камень (предварительно подстелил толстое одеяло, не хватало ещё застудить что-то важное), я просто вертел головой вправо и влево, полностью контролируя большой полукруг. С другой стороны лагеря то же самое делал Серый. Оружие под рукой, если что, предупредить своих успею. Меня, конечно, могут снять стрелой, вот только стрелой ещё нужно попасть, а попробуй сделать это в темноте. Да и ползущий с ножом в зубах диверсант не страшен, опять же потому, что я его буду видеть, а он меня нет.

Изредка я вставал и прогуливался вдоль периметра. При этом даже запомнил маршрут, на котором нет камней и палок, чтобы не создавать лишнего шума. Раз в полчаса я и Серый докладывали Кириллу о том, что в пределах видимости никого нет. Он сонным голосом отвечал. Для сохранения тишины присоединили к рациям гарнитуры.

Они пришли поздно, около двух часов (на часах у меня имелась подсветка, но включать её я побоялся, чтобы не демаскировать себя). Неподалёку, между несколькими валунами размером с автомобиль я разглядел шевеление. Чуть позже там появились люди, четыре или пять человек, все одеты в тёмное и без доспехов. Диверсанты, пластуны, решили заняться стелс-экшном, перерезать всех пришельцев во сне. Ну, ребята, удачи вам.

Я тихонько доложил Кириллу о гостях, тот даже не соизволил поднять тревогу.

— Сам разберёшься? — спросил всё тот же сонный голос.

— Попробую, — ответил я со вздохом.

По идее, ничего сложного нет, сейчас полезут, я подпущу их поближе и перестреляю в упор. Я для них невидим, вот только невидимость эта до первого выстрела, придётся перемещаться. Кроме того, ещё неизвестно, сколько их там за камнями. Могут ведь стрелами засыпать.

Минут через пять аналогичную группу разглядел Серый.

Ждать пришлось долго, враги о чём-то долго совещались, слов я разобрать не мог, а если бы и мог, то горский диалект мне неподвластен, хоть и является разновидностью государственного языка. Наконец, приняв какое-то решение, они отправили первого смельчака. Молодой парень (явно горит желанием отличиться перед старшими) медленно полз, прижимаясь к земле и стараясь не производить шума. Последнее у него получалось отлично, если бы не ночное видение, остался бы незамеченным.

Направление его движения проходило через то место, где стоял я, карабин в руках, патрон в стволе, с предохранителя снят. Одно нажатие — и диверсанта нет. Правда, и я буду обнаружен, вспышку ничем не замаскируешь. Рука сама потянула из ножен кинжал.

Спина диверсанта оказалась прямо подо мной, он прополз в двадцати сантиметрах от моего ботинка. Теперь осталось только… Рука предательски дрожала, но дело своё делала. Кинжал вошёл между рёбер как раз напротив сердца, вдавленный туда всей тяжестью моего тела, кончик упёрся в камни снизу. Убитый успел издать странный звук, напоминающий очень громкую икоту, пару раз дёрнулся и затих.