Как ни легка была Белла, Робби все-таки ощущал спиной ее вес. Он заставил себя идти медленно, чтобы она не билась о его спину. Робби дошел уже почти до самой повозки, когда раздался голос, которого он боялся больше всего на свете.

— Прошу прощения, доктор Брент? — отозвался он, кладя белье на землю.

— Подойди сюда, мальчик!

Ему пришлось идти к врагу. От Брента его отделяло футов тридцать, но мальчишке показалось, что такого длинного пути он не проделывал никогда. Жара уже стала испепеляющей. Надо было побеспокоиться о шляпе для Беллы — если она выдержит жару внутри этой связки простыней. В душе у Робби взмыла волна паники, во рту пересохло. Он был убежден, что у него на лице большими буквами написано, что он провинился. Брент все знает, это точно, и теперь заставит Робби заплатить.

— Что это ты делаешь? — осведомился директор приюта.

Невероятным усилием Робби сохранил самообладание и ответил:

— Я говорил вам, доктор Брент. Матрона просила проследить, чтобы чокра взял все белье, потому что последние пару месяцев он халтурил. Я помогаю грузить вещи.

— Вижу. У тебя взволнованный вид, Робби. К тому же еще утро, а ты уже мокрый от пота. Что-нибудь случилось?

Робби сделал медленный вдох и пояснил:

— Честно говоря, я не очень хорошо себя чувствую, доктор Брент. Я плохо спал. Наверное, вчерашний дхал вредно на меня подействовал.

— Больше никто не жаловался.

— Пройдет. Попью побольше.

— Кстати, по-моему, я просил тебя принести мне воды.

— Я просто подумал, что сначала помогу нагрузить повозку.

— Мне кажется, что тебе по какой-то причине страшно неймется уехать на этой повозке.

Робби внутренне застыл. Ему оставалось лишь надеяться, что страх не отразился мгновенно у него на лице. Впрочем, теперь он уже и сам его не чувствовал, внутри у него все онемело.

— Я… не хочется подводить матрону, — запинаясь, пробормотал мальчик.

На ходу у него родилась еще одна ложь. Последняя попытка. Если Брент догадается, что это блеф, то ничего другого в запасе нет.

— Она сказала, что если я выполню все поручения до того, как дхоби отправит обратно выстиранное белье, то смогу сходить в храм и принести пожертвование моей матери.

— В самом деле? С какой стати такая щедрость, Робби?

— Потому что в последнее время я много ей помогал. Еще она хвалила меня за то, что я подружился с Синклерами.

— Действительно?

Робби кивнул.

— Что ж, в таком случае, я переговорю с матроной. Не следует так часто тебя выделять, тем более что ты и без того долго пользовался моей благосклонностью.

В ушах у Робби стучало, голова ныла от невыносимого физического напряжения. Если это продлится еще хотя бы недолго, то его просто разорвет на глазах у Брента.

— Арабелла Синклер так и не явилась на занятия. Я приказал слугам искать девочку. Ты ее не видел?

— Видел. — Робби подивился сам себе. — Я сказал ей, чтобы она поспешила в класс. Белла пряталась в картонной коробке, в спальне. Она плакала, доктор Брент, и я, как мог, утешил ее, но вы сами видите, у меня не очень много времени. Я тороплюсь.

— Так-так, и?.. — Доктор пощелкал пальцами перед носом у Робби.