— Простите, как вы сказали? — Жак едва не поперхнулся шампанским.

— Молли О'Флинн, — четко, почти по слогам повторила она. — Я была миссис Брендан О'Флинн в свое время. До тех пор, пока не сбежала от своего мужа.

— Бог мой! — прошептал Жак, потирая ладонью лоб.

— Скажите, а нет ли при этой парочке маленького мальчишки? — спросила она вдруг, словно припомнив нечто важное из своего далекого прошлого.

— Ребенок, которого Mapa растит как своего сына, ваш? — усмехнулся Жак, сопоставив все обстоятельства этой истории.

— Выходит, Маре еще не надоело разыгрывать из себя любящую мамашу, — презрительно скривила губы Мария. — Если этому отродью что-то около семи лет, значит, он мой.

— С трудом представляю вас в роли матери, моя дорогая, — язвительно заметил Жак.

— У меня и в мыслях этого не было до сегодняшнего дня, — отозвалась Мария и добавила после паузы с кровожадной улыбкой: — Впрочем, тут есть над чем подумать. Брендан всегда души во мне не чаял.

— Что вы задумали, дорогая? — с подозрением спросил Жак.

— Что, если по городу распространится слух о том, что Брендан и его сестра выкрали моего сына, обманули меня и бросили без средств к существованию? Ведь по закону я все еще жена Брендана, а значит, вправе разделить с ним его богатство. И общественное мнение будет на моей стороне, — самодовольно заявила Молли. — Но к этому я намерена прибегнуть в самом крайнем случае, если Брендан категорически откажется принять меня обратно. Скорее всего этого не случится. Ведь сейчас я куда красивее, чем в те годы, когда он любил меня без памяти.

Жак окинул ее придирчивым взглядом профессионала и признал, что она действительно хороша. Однако в Молли не было той утонченности, которая влекла Жака к Маре, да и выглядела она гораздо старше. Вокруг глаз у Молли наметилась сетка морщинок — результат беспорядочного образа жизни и воздействия алкоголя, а толстый слой румян и пудры не мог скрыть ее возраста. Наблюдая за тем, как Молли отправляла в рот ложечку сладкого десерта, Жак подумал о том, что она склонна к полноте и через несколько лет превратится из пышнотелой красавицы в заплывшую жиром, бесформенную глыбу. Но пока ей незачем беспокоиться из-за своей фигуры. Всем своим видом Молли давала понять, что мужчина, решивший потратить на нее деньги, внакладе не останется.

— Интересно, узнали они меня или нет? — задумчиво сказала Молли. — Я полчаса смотрела прямо Маре в глаза, а она и бровью не повела, словно я для нее пустое место. Либо я действительно изменилась до неузнаваемости, либо она стала по-настоящему хорошей актрисой.

— Mapa О'Флинн — крепкий орешек, — заметил Жак, оглядываясь, но тут он заметил светловолосого гиганта, с которым имел столкновение, накануне, и поспешно отвел взгляд, — Пожалуй, нам имеет смысл как следует обдумать это интересное дельце. Не стоит ничего предпринимать по крайней мере до завтра. Будет обидно, если из-за какой-то непродуманной мелочи наш план сорвется, моя дорогая.

— Наш? — удивленно воззрилась на своего кавалера Молли. — Вот уж не думала, что вы тоже когда-то были замужем за Бренданом!

Жак пропустил мимо ушей саркастическое замечание и погладил под столом ее колено.

— Моя дорогая, вам ведь понадобится человек, которому можно довериться и который позаботится о том, чтобы О'Флинны не обманули вас в очередной раз, не так ли? У меня большие связи в Сан-Франциско, я могу быть вам полезен. Особенно в случае, если О'Флинны не согласятся добровольно расстаться с частью своего состояния, — с улыбкой сказал он.