— Я вижу, что в вашем лице можно найти ценного делового партнера, — ответила Молли, убирая его руку со своего колена.

— Я не сомневался в вашем решении ни на минуту, — с этими словами Жак проводил недружелюбным взглядом О'Флиннов, покидавших ресторан. Когда Mapa будто ненароком посмотрела на него, Жак не удержался от кивка, но ни один мускул на ее лице не дрогнул. Mapa прошла мимо, не замечая его и гордо неся свою красивую голову.

— Я и представить себе не мог, что наши с Молли жизненные пути когда-либо пересекутся, — признался Брендан, потягивая кофе. Он был бледен и измучен после бессонной ночи и не мог смотреть на еду.

— Но самое неприятное заключается в том, что она знакома с Жаком, — нахмурилась Mapa.

— Да, с тем типом, которого наш великан спустил с лестницы пансиона Дженни, — кивнул Брендан.

— Жак — отпетый головорез. Он никогда не забудет и не простит того, кто нанес ему оскорбление.

— Радость моя, как же тебя угораздило связаться с таким бандитом? — поинтересовался Брендан.

— Должна же я была как-то зарабатывать на хлеб, пока ты искал свое золото! Он владеет казино, а я одно время работала у него крупье. Но потом у нас возникли некоторые разногласия, и я уволилась незадолго до твоего возвращения.

— Говоришь, разногласия? Наверное, та же старая песня. Ты решила с ним поиграть, а когда он понял, что его водят за нос, разозлился, не так ли?

— По-твоему, я круглая дура? Да разве кому-нибудь может прийти в голову заигрывать с таким, как он! Клянусь, у меня и в мыслях этого не было. Я всегда держалась от него в стороне, но когда д'Арси стал слишком навязчив, мне пришлось уйти.

— Как бы то ни было, у него есть основания таить на тебя зло. А значит, приходится отнести его в число наших врагов.

— Брендан, — Mapa решилась поделиться с братом замыслом, который не так давно у нее возник, — а что, если нам вложить часть денег в какое-нибудь дело? Мы, например, могли бы открыть пансион. Или построить свой собственный отель. Что ты об этом думаешь? — завершила она не совсем уверенно, видя, что на лице у Брендана отразилось живейшее удивление.

— Я никогда не перестану восхищаться твоим остроумием, моя радость. Я не ошибаюсь, ведь ты хотела пошутить? Неужели ты и вправду можешь представить себе Брендана О'Флинна в роли хозяина отеля? Да сама мысль об этом невероятна! Подумать только! Брендан О'Флинн в белой рубашке с-галстуком и в переднике развешивает говядину! А может быть, лучше открыть прачечную? Китайцы составляют серьезную конкуренцию, но если я отращу косичку на затылке, мы можем с ними посоперничать. Нет, моя радость, — добавил он уже серьезно, — я подумываю о том, чтобы отправить свою семью обратно в Лондон. Американцы с их классовой неразберихой дурно на тебя влияют. Дорогая моя, да я прямо вижу газетный заголовок: «Mapa О'Флинн, в прошлом известная актриса, оставляет сцену, чтобы открыть шляпный магазинчик, выйти замуж за зеленщика и заняться воспитанием целого выводка маленьких морковок». Не очень-то весело звучит, а? Отвратительно, черт побери!

Mapa молча изучала ногти на своих руках, будучи не в силах признаться себе в том, что слова брата затронули ее сердце.

— Радость моя, поверь мне, ведь никто не знает тебя лучше, чем я, — продолжал Брендан, догадавшись, какое воздействие оказывают его слова на сестру. — Да ты через полгода сойдешь с ума от такой жизни. Тебе просто необходимо блистательное общество, дорогие рестораны, элегантные… — Внезапный стук в дверь прервал его.

— Ты кого-нибудь ждешь? — спросила Mapa.