Теодора недоуменно уставилась на Фредрику, но та не отвела взгляд. Сегодняшняя блузка на пожилой даме снова была заколота брошью под самым подбородком – казалось, для того, чтобы дама не забывала высоко держать голову.

– Вы нашли ее? – медленно проговорила она.

– Нам лучше пройти в дом, – мягко настаивала Фредрика.

– Нет, скажите сразу, – замотала головой Теодора, не сводя с девушки глаз.

– Да, нашли, – подтвердила Фредрика, не будучи до конца уверенной, можно ли сообщать пожилой даме о смерти внучки вот так запросто, стоя в дверях.

Теодора замерла и долго молчала, а потом отошла в сторону, пропуская Фредрику в дом, и коротко сказала:

– Проходите.

На этот раз Фредрика уже не засматривалась на обстановку дома по дороге из холла в гостиную. Теодора медленно присела на кресло рядом с чайным столиком. Слава богу, кофе не предложила, подумала Фредрика. Она тихонько села напротив Теодоры и положила подбородок на сцепленные ладони.

– Где ее нашли?

– В Умео, – ответила Фредрика.

– В Умео?! – вздрогнула Теодора с искренним недоумением на лице. – Как… вы уверены, что это она?

– Да, к сожалению, уверены. Мать и бабушка с дедушкой вскоре проведут формальное опознание тела, но мы совершенно уверены, что это она. Вы имеете какое‑то отношение к Умео? Или, возможно, вам известно что‑то подобное о Саре Себастиансон или вашем сыне?

Теодора медленно сложила руки на коленях и заговорила.

– Как я уже говорила вам во время прошлой беседы, я мало слежу за жизнью невестки, – строго сообщила она. – Однако, насколько мне известно, ни ее, ни моего сына ничего с Умео не связывает. Как, впрочем, и меня. Никогда там не была.

– Может быть, у вас там живут друзья или знакомые?

– Дорогая, говорю вам, я там ни разу не была! – повторила Теодора. – И никто из моей семьи тоже. Возможно, Габриэль ездил туда по работе, но, честно говоря, я не знаю.

– Кстати, насчет Габриэля, – подхватила Фредрика, – он вам не звонил?

– Нет, – тут же собравшись, ответила Теодора, – не звонил.

– Это точно?

– Совершенно точно!

Женщины сверлили друг друга взглядами, меряясь силой.

– Могу я осмотреть его комнату? – спросила Фредрика.

– На этот вопрос я вам уже отвечала, – отрезала Теодора. – Вы не увидите ни единого квадратного сантиметра этого дома, пока у вас не будет ордера на обыск!

– Ордер у меня есть, – сообщила Фредрика и услышала, как к дому подъехало несколько машин.

Глаза Теодоры расширились от неподдельного удивления.

– К тому же вашему сыну не пойдет на пользу, если вы откажетесь помогать полиции в поисках убийцы вашей собственной внучки, – вставая, заявила Фредрика.

– Если бы у вас были дети, то вы бы знали, что детей не предают. Никогда! – надломленным голосом прошептала Теодора и наклонилась к Фредрике. – Если бы Сара понимала это, то с Лилиан ничего бы не случилось. Где она была, когда пропала Лилиан?! Ничтожество!

Где была? В западне, куда ее заманил человек, который ненавидит ее больше всего на свете, подумала Фредрика, но промолчала.

На секунду в глазах пожилой женщины промелькнула усталость и что‑то похожее на боль.

Она страдает куда сильнее, чем старается показать, мелькнуло в голове у Фредрики, пока они с Теодорой шли к двери, чтобы впустить ожидавших на крыльце полицейских.

* * *

Войдя в гостиную Теодоры Себастиансон, Петер Рюд просто глазам своим не поверил: не дом, а настоящий музей! Самочувствие и так довольно мерзкое, так еще эта ведьма таращится на него из угла! После того как он поздоровался и объяснил ей суть дела, у нее ни один мускул на лице не дрогнул.