способ мыслить, всегда съедал массу сил. Так зачем напрягаться лишний раз? Так проще, пусть

мозг сам ищет нужное. Так было всегда, так стало и в этот раз. Из череды мысленных образов, проступил тот, который Рут удержал усилием воли. Одна из неудачных попыток Велеса, вымыть их

в ручье. Пёс вздрогнул. Не любил он это дело. Вода холодная мокрая, шерсть сохнет долго, гадость

жуткая. Но что делать? Ведь он жутко хочет пить. Жажда штука такая, с ней особо не поспоришь.

Кажется, он именно поэтому идёт к ручью…, пить ведь правда очень хочется. А большего и не

надо. Хочется, значит надо идти к воде и попить вволю.

Пыхтя и подвывая, Рут снова поднялся на ноги – пасть теперь вообще не закрывалась. И дышал

он очень часто, шумно, иногда с хрипом. Принюхавшись, попытался отыскать ручей или лужу

какую. Вода пахнет, но очень тонко. И чем она чище, тем тоньше запах. Рут вычислил направление

и двинулся вперёд, привычным плавным, быстрым бегом. Довольно скоро понял, что если не

поумерит свой пыл, рухнет замертво. Сердце стучало так, что казалось, сейчас выпрыгнет из груди.

Снизил скорость – немного полегчало. Одышка только что-то совсем замучила…

Почти шагом, добрался до водоёма, трижды натыкаясь на опасные места – в них жил алый, угрожающий всполох, за которым только смерть. Он не знал что именно там, как это выглядит и из

чего состоит, но точно знал, если перед глазами появляется такая вспышка, значит, впереди смерть.

И старательно обходил такие места. Однажды повстречал одинокого слепого пса. Бедняга

оскалился и ринулся прочь. Рут проводил его долгим взглядом – очень хотелось кинуться за ним, перекусить спину, а ещё лучше откусить голову. Это ведь так приятно! Охотиться всегда приятно.

Но не нашёл в себе сил больше чем на один короткий рывок. Лениво зевнув, Рут повернулся на

запах воды и пошёл дальше. Ну его, пса этого костлявого. Пусть и дальше там себе ходит.

Чёрный Пёс, нынче чрезвычайно упитанный, добрался до воды не скоро. Двигался вперевалочку, частенько останавливаясь, что бы вывалить язык и подышать с полминуты. Наконец, усталый Рут

доковылял до весело журчавшего ручья. Спустился в овражек, да и рухнул у воды. Даже что бы

морду в ручей сунуть, сил не осталось. Красные глаза пса смотрели на воду. Его могучее, толстое, давно не гибкое тело, всё ещё активно хотело пить. Рут наблюдал за журчащим потоком ручейка и

не понимал, что с ним происходит – такое уже случалось. Редко, но порой он не мог просто сделать

что-то или понюхать это и дальше пойти. В такие моменты, мир становился меньше, медленнее.

Разум будто сжимался, а вместе с ним и весь мир. Рут не любил это состояние. Он становился

уязвим. Но ничего поделать с собой не мог. Он смотрел на игристый ручеёк, красиво преломлявшие

лучи солнца и наслаждался этой красотой. Даже жажда мучить перестала.

Последний раз такое с ним случалось зимой, в обильные снегопады. Тогда тоже очень хотелось

смотреть и подбирать слова. Вспоминать, мысленно произносить. Те, что он часто слышал от

Велеса, и полагал, что понимает их значение. Сталкер говорил с ними очень часто, особенно в

первый год знакомства, когда Рут с Кутом, были ещё щенками. Передавал слова мысленно уже с

год. Всегда мысль шла со словами, даже если он посылал лишь образы. Кое-что впечаталось в

сознание псов, не только в виде громоздких мыслеформ – слов. Неосознанно, а может специально, Велес посылал им слова, с образом ассоциаций. Рут часто их запоминал, порой того даже не

замечая, как и Кут. Но только с ним случалось это странное состояние. Из глубин разума сейчас

всплывали различные слова, способные выразить охватившие его чувства. Наверное, если бы Велес

услышал сейчас мысли Рута, ему стало бы очень смешно…, или стыдно.