— Казались они вполне материальными, — заметила Пия. — Сквозь иллюзию спокойно можно пройти, но с ними рисковать опасно.

— Это уж точно, — согласился он с намёком на улыбку. — Бьюсь об заклад, что сначала проход закрывает клон, а в процессе беседы его сменяет оригинал. Таким образом двое стражников могут охранять сотни порталов.

— Значит, когда мы видим их вместе и разговариваем с ними, они становятся настоящими? — уточнила Пия.

— Думаю, да.

— Тогда каким образом мы говорим с ними одновременно в разных местах?

Эд ошарашенно посмотрел на жену.

— Иногда мне кажется, что ты не совсем дура, — это был его способ признавать свои ошибки.

— А мне иногда кажется, что ты не совсем урод, — отпарировала она. — Ладно, как нам справиться с испытанием?

— Выход должен найтись, — приободрил он жену. — К примеру, если зафиксировать настоящих стражников на месте, мы можем пройти сквозь их клонов где-нибудь ещё. Быть сразу в двух местах одновременно у них не получится. Только иллюзии способны мгновенно перемещаться к новым дверям.

— И всё равно ты говорил с ними в то же время, что и я, — напомнила Пия. — Иллюзии могут отвечать?

— Без настоящих лёгких и речевого аппарата? Сомневаюсь. Хотя магия способна на всё. Может, в каждой из пар один охранник был материальным, а другой — иллюзией.

— Остаётся только догадываться, — кивнула она. У Пии появился шанс потренировать собственный интеллект, и Эд не насмехался над ней. Девушке это нравилось. Она никогда особо не ценила в себе ум, поскольку считала его возможности ограниченными. — Помнишь старые мультики, где говорит только один из персонажей, а другой ведёт себя, как его тень? Может, и здесь происходит нечто подобное? Чтобы мы могли отличить клонов от настоящих стражников.

— Пия! Я бы расцеловал тебя, но, боюсь, при дневном свете ты воспротивишься.

Он намекал на их негласный уговор: она ублажала его ночью в обмен на помощь с его стороны днём. Отчасти она всегда завидовала его интеллекту. Но теперь они мыслили на равных.

— Мне бы это понравилось, — сказала девушка.

Он изумился: — А что изменилось?

— Ты обращаешься со мной, как с равной.

Эд рассмеялся, но тут же замолчал, осознав, что она не шутит.

— Всё это время я вёл себя, как дурак?

— Немного. Ты хотел с ёлки съехать, а пятую точку не обколоть.

— Факт, — согласился он, на сей раз — без улыбки.

Она молча ждала, и через мгновение Эд обнял её и поцеловал. Он не пытался ущипнуть её за мягкое место. Она чуть подалась назад, заставляя его таять.

Он отпустил её: — Ох, Пия…

Таким он нравился ей куда больше. Чувства Пии всколыхнулись и перемешались, впервые за долгое время. Она всегда знала, что главным её достоинством была внешность, но не хотела, чтобы ею играли, будто куклой. Как бы там ни было, сейчас всё это несвоевременно.

— Нас ждёт испытание.

— И даже больше, чем одно, — добавил Эд и сосредоточился: — Итак, на каждую дверь приходится один оригинал и один клон. С кем ты говорила?

Она вспомнила недавнюю беседу. Теперь Пия осознала то, что тогда просто не заметила: — Мужчина, Кристофер. Он реагировал и отвечал, а кентавр просто стоял рядом. Я думала, что он тоже реагировал, но теперь понимаю, что нет.

— Ты поправила туфельку? — Разумеется, он был знаком с её уловками, а эту просто обожал.