— На этот вопрос я могу ответить, не переадресовывая вопроса ему лично. Филя изучает всё, на что раньше не обращал внимания, и чувствует, что лучший способ обучения — смешаться с народом. Они считают нас просто дамочкой на драконе, и это прекрасно, потому что иначе очередь просителей выстроилась бы до самого Щита. Изучая проблемы маленьких существ, которые не вольны повлиять на собственную судьбу, мы погружаемся в глубину их эмоций: надежды, печали и других. Для того, чтобы Филя, если ему когда-нибудь доведётся в одиночестве бродить среди толпы, ни в чём не ошибся.

— Но разве тебя не беспокоит… — Ким заколебалась, стоит ли продолжать мысль.

— Что он бросит меня, как только я перестану приносить пользу? — завершила за неё Хлорка. — Нет, потому что, даже если наша связь оборвётся прямо завтра, я останусь при чудесном опыте и любви, которые он уже мне подарил. Разумеется, он легко может стереть мои воспоминания о себе и оставить с человеком, который обо мне позаботится. Разницы я всё равно не замечу, — Она искоса взглянула на Филю, поддразнивая его. — Возможно, даже с тем мужчиной, кого мы повстречали в прошлом месяце. Ржавый — так его звали. У него ещё был талант покрывать металл ржавчиной. Может, аисты принесут нам рыжеголовых детишек.

— Если только он не содомит, — заметила Ким.

— О, содовая ему наверняка по душе, — Хлорка глубоко вздохнула. Тело Пии придало вздоху дополнительный спец-эффект.

Ким поджала губы: — Языковые аномалии продолжают нас преследовать.

— Но почему бы ему и не любить содовую? Не поняла твоего замечания.

Даг осторожно пояснил: — На языке обыкновенов «содомит» означает «мужеложец». То есть это мужчина, который предпочитает представителей собственного пола.

— А предпочитающих противоположный пол называют представителями традиционной ориентации, — добавила Ким.

— О, — Хлорка слегка опешила, но тут же пришла в себя. — Уверена, что при виде меня он бы передумал.

Даг с Ким переглянулись.

— Пожалуй, — согласился Даг.

— Или я могла бы выйти замуж за того Саймона, — продолжала Хлорка, снова незаметно наблюдая за реакцией Фили. — Его талант заключался в том, что его предсказания сбывались. Он мог бы назвать меня счастливицей и этим осчастливить.

Теперь уже на Филю посмотрели все, однако тот оставался невозмутимым. Хлорка предприняла последнюю попытку.

— Или за того шестнадцатилетнего обыкновена, на которого мы наткнулись в области безумия. Кажется, его звали Брэндон Ризнер. Он был довольно милым. — Она обратилась к Дагу и Ким: — Там происходят странные вещи. Мы проводили разведку в поисках азубатора — у них жутко зубастые хвосты — на борту «Летучего Голландца», это развлекательный корабль призраков.

— Не отказался бы на нём поплавать, — вставил Даг.

— Да, тебе бы он наверняка понравился. Помимо основной команды, там были ещё привидения женщин. Елена из Северной деревни при жизни умела призывать книжных персонажей, пока держала книгу в руках. А Полли Эстер из Западного форта могла шить одежду, которой не было износа. Простыня на ней была почти совсем прозрачной.

— Этот корабль ему бы даже слишком понравился, — пробормотала Ким.

— Мы пересекли озеро рыбьего жира, который вонял даже хуже касторки. Затем спустились на берег и прокатились на чьих-то фалдах, чёрных и длинных… Хотя нет, погодите, это был асфальт. Потом мы очутились рядом с голубем мира, который вознёсся в астрал и парил в нирване. А рядом с ним Брэндон учился играть в шахматы с матерью какого-то шаха.